Свежие комментарии

  • Ольга
    Вы статью-то читали, или только заголовок? Там все написано. Президент не обладает абсолютной властью, он не золотая...Откуда родом анти...
  • Иван Наблюдатель
    Формально осуждая американцев, автор "разоблачает" хакеров и мстит им - от имени американцев, так получается.Шпионские игры он...
  • Виктор Каменский
    Откуда родом предательство!?, вопрос однако.Откуда родом анти...

Когда считать мы стали баррели

Когда считать мы стали баррели

В ночь с пятницы на субботу нефтедобытчики 25 стран, к которым вскоре присоединилась Мексика, поставили свои виртуальные, но юридически полноправные подписи под договором о снижении квот на добычу нефти по всему миру сразу на 10 миллионов баррелей в сутки.

Такое снижение должно обеспечить необходимый баланс спроса и предложения, сохранив нефтяные цены на уровне, который должен обеспечить возможность освоения низкорентабельных месторождений в России и реализации сланцевых проектов в США.


Однако не будем спешить с утверждениями, что 10 апреля наступила новая нефтегазовая эра. Реальный кризис в мировой экономике только начинается, и даже возвращение Китая из состояния полукомы практически ничего не меняет. Дело в том, что нарастает процесс схлопывания рынков сбыта для китайской продукции, хотя карантин в Европе быть может, придётся завершать довольно скоро. Просто потому, что дальше уже будет только хуже. И не только по натянутой донельзя статистике смертей.

Как ни странно, подписание нового соглашения из серии ОПЕК+ для многих стало сюрпризом. Но стоило ли вообще рассчитывать, что игра в русскую рулетку с шестью патронами в барабане действительно продолжится? Теперь же остаётся только утверждать на просторах Интернета, что Россию «прогнули», и она при любом раскладе окажется проигравшей.


Так и хочется спросить авторов такого рода постов и блогов: что же вы тогда так голосили по поводу развода с ОПЕК и эффектного мартовского демарша министра Новака? Поднимали панику, гнали волну, как это сейчас делается с пандемией? Скорее всего, так и есть, хотя не стоит обвинять в ангажированности тех, кто и за бесплатно готов голосить хоть до бесконечности. Причём не важно, в какую сторону.

Итак, в ночь на 10 апреля, после многочасового бдения у громадных экранов мониторов страны производители нефти подписали договор в формате ОПЕК+. Подписали поначалу не все: заартачилась Мексика, которая за неделю до того готова была отгружать «чёрное золото» в американские танкеры чуть ли не даром. Лишь бы не прикрыть свою нефтедобычу напрочь.

Но страсти улеглись неожиданно быстро, в отличие от самих переговоров. Впрочем, переговоры оказались затянутыми во многом из-за технических проблем и трудностей перевода. Мексиканцев вообще уломали на удивление оперативно, всего за сутки, причём не без личного участия американского президента.

Очень скоро стало известно, что США просто приняли на себя почти всю мексиканскую квоту. И какими посулами при этом Дональд Трамп изловчился совладать с американскими частными добытчиками, точнее, со всем нефтяным лобби, уже не так важно. О России ведь до этого твердили, что она отказалась от сделки в марте только потому, что к ней не привлекли США.

Что ж, получается, и правильно сделала? И пусть нынешние уровни снижения не идут ни в какое сравнение с мартовскими. Но ведь и ситуация в мировой экономике сейчас намного хуже, а значит, и на возвращение спроса рассчитывать не приходится. Новый договор, повторим, предполагает самое масштабное в истории сокращение добычи нефти. Оно составит 10 миллионов баррелей в сутки; это десятая часть мирового потребления до начала пандемии коронавируса.

Эти странные старые счёты


Сделка ОПЕК+ в апрельской редакции с участием сразу 26 стран вроде бы должна поставить жирную точку в ценовой войне на рынке нефти, разгоревшейся в начале марта между Россией и Саудовской Аравией. Но поставит ли, большой вопрос. XXI век – не то время, когда какие-либо договоры соблюдаются действительно долго и всеми. У Соединённых Штатов буквально за несколько последних лет в этом плане накопился слишком уж богатый опыт.

Нельзя забывать, что у того же хозяина Белого дома в кармане всегда остаётся «отмазка» в виде ссылки на то, что американская нефтянка – отнюдь не государственная, а почти на 100 процентов частная. Россия же пошла на более жёсткие договорённости с ОПЕК вовсе не под угрозой более серьёзного снижения объёмов добычи.

Характерно, что именно это сейчас готовы утверждать очень многие, начиная с Леонида Федуна, занимающего отнюдь не последний пост в «ЛУКойле», сравнивший сделку с Брестским миром. Сравнение, конечно, красивое, но представителя России на переговорах, министра энергетики Александра Новака, просто устроил тот факт, что сделкой не сумеет воспользоваться кто-то третий.

Вообще-то, вряд ли кто-то всерьёз мог сомневаться, что за месяц, прошедший после «нефтяного развода» в Вене, министр не успел ознакомиться с позицией не только авторитетных представителей отрасли, но и президента страны. Сейчас совершенно точно пришло время подвести какие-то итоги, хоть и промежуточные: с пандемией и кризисом возникает слишком много неизвестных.



Но оценить приобретения и потери в любом случае надо. Неплохо бы и разобраться, кто же прав: те, кто уже трубит в фанфары в честь великой победы России, или же упёртые пораженцы. Но для начала скажем отдельное спасибо американскому лидеру за то, что втянул в договорённости с ОПЕК и Мексику, и Бразилию, а также не стал слишком откровенно играть на противоречиях с Венесуэлой, оставив даже «любимую» тему наркотрафика за скобками. А квоты, объёмы добычи хотя бы на три-четыре месяца вперёд и перспективы новых схваток за рынки будем считать и оценивать уже позже, на выходе из коронакризиса.

Итак, нам говорят, что Москве теперь придётся снизить добычу почти в четыре раза против того, от чего она отказалась в начале марта. Проверим это утверждение. Сейчас России и Саудовской Аравии предстоит сократить добычу на два месяца на 22 процента от 11 миллионов баррелей в сутки, то есть до 8,5 миллиона баррелей в сутки. Получаем не более 2,5 млн. баррелей.

Критики российской делегации на виртуальной конференции сейчас напоминают о 600 миллионах баррелей, за которыми в начале марта приезжал в Вену Александр Новак. Скорее всего, это действительно реальное число, но в Москве уже тогда понимали, что эту, признаем, «минимальную» квоту отстоять вряд ли удастся, хотя в качестве стартовой позиции для торга она очень подходила.

Однако предложение ОПЕК с квотой в 1,5 и даже 1,6 миллиона баррелей, последовавшее почти сразу и без какого бы то ни было намёка на возможность дискуссии, стало неожиданным и крайне неприятным сюрпризом для россиян. В такой ситуации уход нашей делегации с заседания мониторингового комитета, был, согласитесь, вполне оправданным.

Трудно сказать, на что бы удалось сторговаться с ОПЕК в ином варианте, но, скорее всего, речь бы шла о миллионе баррелей с очень солидным гаком – в размере 200-300 тысяч бочек в лучшем случае. Россия же предпочла фактически поставить весь нефтегазовый рынок на паузу, приняв как неизбежное зло весьма солидные финансовые потери. Солидные, но временные. И всё это, напомним, происходило ещё при мартовском, достаточно устойчивом спросе на углеводородное сырьё.

Всё изменилось не вдруг


За месяц с лишним после этого изменилось слишком многое: и в сфере нефтедобычи, и в мировой экономике в целом. После беспрецедентного вброса на рынок миллионов саудовских баррелей естественной реакцией рынков стало катастрофическое падение цен на нефть, достигшее 27 процентов всего за две торговые сессии.

Но ведь заодно с ценами на нефть упали и котировки национальной нефтяной компании Saudi Aramco. Тем временем Дональд Трамп зачем-то решил поделиться оптимизмом по поводу низких цен на нефть, и тут же дал отмашку на масштабные закупки топлива в стратегические резервы США. А вслед за этим Китай поторопился приобрести рекордно большое количество российской нефти.

Спрос на «чёрное золото» при этом продолжал снижаться уже не только и не столько из-за нефтяной войны, а по совсем иной причине – в силу начинавшейся стагнации мировой экономики. Увеличение же пресловутой российской «квоты снижения», как видим, примерно двукратное, теперь уже не выглядит сколько-нибудь уникальным. К примеру, у Саудовской Аравии новая квота больше мартовской как минимум на 60 процентов.

К тому же нет никакой уверенности в том, что Эр-Рияд всерьёз предполагал месяц назад «ужиматься» сразу на 1,6 миллиона баррелей. Иначе зачем же было пытаться тогда так «прогнуть» Россию? Несложный подсчёт свидетельствует: по сравнению с мартовским предложением от ОПЕК России сейчас тоже предстоит не более чем 60-процентное прибавление в квоте.

Подводя итоги, отметим, что другие страны в апреле тоже берут на себя существенно повышенные обязательства по сокращению, к тому же в новой сделке, как известно, оказалось, намного больше участников, чем в марте. По большому счёту, уклонистов теперь просто нет. Нет совсем – именно этого и добивалась в первую очередь Россия.

Однако Россия, как и другие участники сделки ОПЕК+, обеспокоена тем, что новые квоты могут оказаться «недостаточным ответом на кризис». Дисбаланс добычи нефти и потребления, складывающийся из-за пандемии коронавируса, огромен. Генеральный секретарь ОПЕК Мохаммед Баркиндо оценил его в 30 миллионов баррелей в сутки и назвал «предельно пугающим».
Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх