Свежие комментарии

  • Семенков Александр
    Выслать остальных, предварительно проверив их всех на соблюдение миграционного законодательства. И НАС РАТЬ!!!Власти Грузии пре...
  • Семенков Александр
    Вот это и есть стиль работы госчиновников. ДЕНЬГИ ВБУХАЛИ, А РЕЗУЛЬТАТ НУЛЕВОЙ ДЛЯ СТРАНЫ И НАРОДА. Зато федеральные ...Миллиарды уходят ...
  • Семенков Александр
    Не исключаю, что к этому и у нас всё придёт. Сначала банки загонят всех в долги с ипотекой а потом эту недвижимость ...Александр Роджерс...

Торпедная катастрофа России

Торпедная катастрофа России

Статья «Противоторпедная катастрофа российского флота» вызвала бурную реакцию, в том числе и в профессиональной среде. Вопрос крупного отечественного специалиста (по «смежной тематике») автору:

«Неужели это все правда?»

Разумеется.

Причем в статье приведены только те факты, которые имеют не просто публичные ссылки, а в наиболее «острых вопросах» ссылки на источники, разрешенные к публикации соответствующими органами.

То есть просто «убойные» факты, изложенные в статье, это лишь «надводная часть айсберга».

Это является аномалией масштабе всех Вооруженных Сил, где самым провальным по перевооружению является ВМФ. А в самом ВМФ – вся тематика морского подводного оружия, где военно-техническое отставание от современного уровня достигает полувека (!).
С учетом остроты вопросов и специфики проблематики, писать о ней приходится с опорой на открытые и публичные документы, но с выполнением их комплексного глубокого анализа.

Из «свежих» публикаций, достойных «глубокого вскрытия», особенно стоит отметить статью Ю.В. Новикова (начальника управления военно-технического сотрудничества Концерна «Гидроприбор») «Военно-техническое сотрудничество ГНЦ АО «Концерн «МПО-Гидроприбор» с зарубежными странами».


Писалось (стилистика немного изменена) в 2014 году в рамках острой «торпедной дискуссии» по публикациям в «Военно-промышленном курьере»:

Я думаю, стоит обозначить главные проблемы современного отечественного торпедизма, с «некоторым пояснением обстановки»...

1. Отсутствие современного научно-технического задела. Здесь свою негативную роль сыграл «Ломонос», который начали «официально» пихать примерно с 2010 года – «разработка суперторпед 21 века с фантастическими ТТХ за фантастически малые сроки».

Причем это «обещалось» организацией, провалившей все темы за последние пару десятков лет и серийно выпускавшей аппаратуру, «передранную» с американской начала 60-х годов прошлого века. Фактическая цель «Ломоноса» – «сожрать» все «торпедные деньги» за ближайшие годы.

2. Ради этого началось «удавливание» «Физика» (при трусливом соглашательстве «Региона») – то есть образца, рассматривавшегося Управлением противолодочного вооружения ВМФ в 2000-х годах как базовая торпеда ВМФ, имевшего наиболее высокие ТТХ из всего отечественного, огромный модернизационный запас, и подтвердившего свои ТТХ (да, тяжело, с «кровью») на государственных испытаниях еще в 2007 году (!).

Взлетели цены и на сами изделия, а главное – на эксплуатацию (с имеющимися – модернизация «Физика» и его нормальное освоение на флоте невозможно ввиду дикой стоимости стрельб).

3. За счет прекращения модернизации «Физика» немало лет назад был запущен антикварный «Кант». «Вопросы» по нему приведены выше. (Если брать реал, то эта «балалайка» фактически испытаний не проходила. Те, что были – это их имитация и фальсификация). Далее модернизация «Физика» была «возобновлена». Но в виде, в котором не только ее не будет, но и дальнейший серийный выпуск станет невозможен. Называя вещи своими именами – это сознательная диверсия.

4. В этих условиях УПВ было вынуждено заказать «Дагдизелю» устаревшие УСЭТки, тем более, что «Дагдизель» начал серьезный инициативный ОКР по новому изделию, который пошел, и очень хорошо.

В итоге имеем:

- аферу с «Ломоносом» (при том, что всем вменяемым специалистам ясно, что сроки будут сорваны, а главное – на выходе будет непотребство);

- серийный выпуск все-таки, вопреки всем интригам запущенного в серию «Физика», через некоторое время станет невозможен;

- серийный выпуск антикварной УСЭТ-80 уже невозможен;

- завершение испытаний (для чего нужно изготовление матчасти – то есть деньги) нового изделия «Дагдизеля» блокируется, соответственно – без завершения испытаний не будет и серии.

Всё.

И делается «гидрой» это для того, чтобы флот, уже поставленный ею с торпедами на карачки, «зажал носик» и «закрыл глазки». И приполз к ним на карачках «дайте хоть что-то». После чего «гидра» торжественно всучит ему и непрошедший испытаний «Кант», и вранье по «Ломоносу». Причем флот будет за все это еще и назначен «гидрой» виновным. И будет вынужден молчать!

С тех пор кое-что изменилось.

«Физик-1» был запущен в большую серию, принят на вооружение. Был остановлен саботаж с модернизацией «Физика», и началась более-менее приличная его глубокая модернизация («Футляр»). Остановлен «Ломонос». Успешно завершил испытания и пошёл в серию «Ихтиозавр».

Успех?

Разве что небольшой.

Какой ценой он дался всем участникам – разговор отдельный. И в ряде случаев с подробностями, достойными пера Агаты Кристи.

Однако при рассмотрении вопросов высокотехнологичных образцов оружия очень важно сравнение с противником. Да, худшим оружием в ряде случаев можно успешно воевать и побеждать. Однако здесь необходимо, чтобы был хотя бы «минимальный пороговый уровень его эффективности». Для того, чтобы другими средствами (тактикой, военной хитростью) можно было успешно его применять. Если же этого «минимального уровня эффективности» нет, то оружие является ничем иным как «дровами».

И с нашим торпедным оружием, применительно к боекомплекту флота, ситуация в значительной мере именно такая – «торпедные дрова».

Говоря о тематике морского подводного оружия, будет очень полезно вспомнить единственную публичную дискуссию, состоявшуюся на форуме «Армия-2015», с участием ключевых специалистов промышленности и ВМФ. Более подробно об этом – «Морское подводное оружие России сегодня и завтра. Состоится ли прорыв из «торпедного кризиса?»

Автор имел непосредственное отношение к событиям, связанным с МПО и разработкой Концепции МПО, так как с 2007 года тесно работал по данной тематике с Советником Министра обороны РФ адмиралом Сучковым Г.А.

С учетом критического положения с МПО ВМФ, адмиралом Сучковым, в 2007 году была подана служебная записка на имя Министра обороны РФ. Не затрагивая вопрос многочисленных ошибок Сердюкова (в том числе в части топорного «реформирования» органов управления ВС РФ), в той ситуации он повел себя как нормальный министр обороны – дайте Концепцию («бизнес-план») – «под нее будет финансирование».

Однако разработка и утверждение Концепции МПО тогда было сорвано. Связано это было, в первую очередь, с интригами определенных лиц и организаций, с учетом того, что планировавшиеся Управлением противолодочного вооружения (УПВ) ВМФ решения (в частности, по торпеде «Физик») кардинально расходились с их финансовыми интересами.

Писалось это в 2015 году…

Прошло пять с половиной лет. Срок, за который можно было выполнить опытно-конструкторские работы (ОКР) по перспективной тематике. Иными словами, решить основную часть проблем и реально обеспечить флот эффективными и надежными торпедами.

Что получилось на самом деле?

Торпедные «дрова» ВМФ


Тема древних и устаревших (еще на момент их принятия на вооружение в 1980 году) торпед УСЭТ-80 в боекомплекте «Бореев» поднималась уже неоднократно. Однако это вопрос, который необходимо ставить жестко и публично до тех пор, пока он не будет решен. Сам ВМФ, полностью идущий на поводу у промышленности, видимо, не в состоянии самостоятельно решить эту проблему.

Торпедная катастрофа России
АПКР проекта «Борей»: погрузка торпедных «дров» УСЭТ-80, они же на торпедной палубе.

И ключевая проблема здесь даже не низкие транспортные характеристики торпеды УСЭТ-80, а крайне низкая помехоустойчивость обоих вариантов ее системы самонаведения (ССН): и «Водопада», и «Керамики».

Сначала на УСЭТ-80 была ССН «Водопад» (так называемая «пятерка»), позже замененная (после уголовного дела и большого скандала на «Керамику» – так называемая «десятка»).

Кое-что об этих обстоятельствах:

Начальник отдела эксплуатации торпедного оружия 28-го ЦНИИ ВМФ Л. Бозин вспоминал:

«Командир соединения подводных лодок 3-го поколения адмирал Томко отправлял лодки на боевую службу с тяжелым чувством…

Зная, что торпеды не наводятся на цель, при выполнении боевого упражнения он так расположил стреляющую лодку и цель, что промахнуться было невозможно.

А торпеда все равно не увидела цель…»

Очень интересен здесь «взгляд на обозначившуюся проблему» промышленности («Гидроприбора»), которая по факту «обделалась по полной», однако очень «озабочена» «честью флота»:

Схожая ситуация описана в воспоминаниях сотрудника научно-исследовательского института «Гидроприбор», участвовавшего в разработке:

«Шел 1986 год. Северный флот в течение пяти лет стреляет практическими торпедами УСЭТ-80.

Однако в режиме ПЛ результаты этих стрельб начали настораживать: может, моряки плохо осваивают эту торпеду или торпеда нестабильно наводится в условиях мелководных северных полигонов.

После неоднократных батисферных испытаний по реальным целям было установлено: ССН торпеды УСЭТ-80 в условиях полигонов Севера не обеспечивает требуемую по техническому заданию дистанцию реагирования.

Честь флота осталась на высоте, а ЦНИИ «Гидроприбор» потребовалось еще два года, чтобы поставить на торпеду УСЭТ-80 ССН, адаптированную в том числе и к условиям Севера».

«УСЭТ-80К калибр 534 мм, 1989 года… новая ССН «Керамика»… радовали своими успехами… самонаведенцы, завершающие свой цикл натурных испытаний торпеды «Колибри» (изделие 294, калибр 324 мм, 1973 год) с ССН, воспроизведенной на отечественной элементной базе…

Эта ССН – «Керамика» – побила все рекорды долголетия. Практически не осталось ни одной торпеды, где бы при модернизации в качестве противолодочной ССН не была установлена эта ССН».

С учетом того, что эту ССН «Гидроприбор» «драл» (и до сих пор «дерет» в серии!) с американской торпеды, разработки конца 50-х годов (Mk46 mod.1, 1961 г.), как говорится, комментарии излишни!

Острая постановка вопросов автором статьи в 2010 году (из статьи «Морское подводное оружие: проблемы и возможности» Часть 1., Часть 2.) вызвала «определенную реакцию» «Гидроприбора» – статья «Пример необоснованной критики»:

Обсуждая ССН «Водопад» (амплитудную равносигнальную), М. Климов обратил внимание на недостаточную дальность действия по ПЛ, имевшую место в мелководных районах наших северных полигонов.

Но он или забыл, или не знал, что аналогичное свойство в мелководье присуще всем западным ССН. К сожалению, такая же картина наблюдалась и у нас вследствие повышения в этих условиях уровней граничной реверберационной помехи и соответственно возрастания порога срабатывания ССН из-за развернутых в вертикальной плоскости приемных акустических лучей.

В умеренных и глубоководных районах Северного, Черного, Японского и других морей дальность действия ССН «Водопад» полностью соответствовала требованиям ТЗ.


Со временем ССН «Водопад» была заменена на более позднюю разработку – фазовую ССН «Керамика», обладающую высокой помехоустойчивостью. Да, прототипом для «Керамики» послужила одна из первых моделей ССН американской торпеды МК46.

Ну и что?

ССН МК46 была не только нами расшифрована и переведена на отечественную элементную базу, но и дополнена рядом электронных узлов нашей разработки. И, в частности, техническими решениями по защите от средств ГПД, которых в прототипе не имелось вообще.


Ответ на подобные «креативные» взгляды последовал. И разгромный – статья «Морское подводное оружие-2: аргументы и факты».

Мои оппоненты заявляют о «соответствии ССН «Водопад» техническому заданию в умеренных и глубоководных районах».

Однако это не так.

Все зависит от условий выполнения стрельб. Даже в глубоководных районах при целом ряде условий о соответствии ССН «Водопад» техническому заданию говорить не приходилось…

Причина различия результатов проб и реальной работы на флоте прекрасно известна – тепличные условия проведения испытаний.

Ссылка моих оппонентов на то, что и ряд западных торпед имел проблемы с наведением на цели на мелководье, несостоятельна.

Проблемы у них, разумеется, были, однако их уровень и сложность не шли ни в какое сравнение с тем провалом, который мы получили с ССН «Водопад».

Причина этого в том, что западные ССН имели ряд эффективных способов защиты от реверберационной помехи (отражений от поверхности, объемных неоднородностей и особенно дна), отсутствовавших в ССН «Водопад», а их сигналы были более приспособлены к работе в помеховых условиях.

При этом необходимо заметить, что знакомство автора с УСЭТ-80 и «Водопадом» было совсем не теоретическим. И в личном общении с авторами статьи «Пример необоснованной критики» указанным авторам крыть было просто нечем. А что касается «Керамики»:

Ряд ограничений конструкции «исходного образца» не позволял обеспечить значительное увеличение ТТХ «Керамики» и привести их в соответствие с современными на тот момент требованиями.

Итак, точка зрения автора заключается в том, что результатом работ по разработке ССН должна являться серийная, освоенная на флоте торпеда, подтверждающая свои ТТХ при выполнении стрельб в реальных условиях применения.

Образно говоря, это «взгляд на ситуацию с торпедного отсека и центрального поста подводной лодки».

Мои оппоненты «результатом», видимо, считают проведение большого объема НИОКР и показатели стрельб, выполненных в заведомо идеальных условиях…

Кроме того, нельзя не отметить и другое прекрасное заявление представителей «Гидроприбора»:

Что касается современного уровня наших разработок по сравнению с Западом, то, по словам генерального директора ОАО «Концерн «МПО – Гидроприбор» В.А. Осипова,

«...отстали мы по одной простой причине: те ОКР, которые были начаты в 80-е годы, должны были завершиться в 90-х, что позволило бы нам как минимум достигнуть паритета.

Но из-за распада СССР, приведшего к нарушению существовавшей кооперации, и слабого финансирования мы выходим на этот уровень только сейчас, опоздав более чем на 10 лет».

Итак, то, что начиналось в 80-е годы, «Гидроприбор» пытается закончить «только сейчас». И торжественно «вручить» флоту. Впрочем, для упоминаемой ССН это еще «прилично» (с точки зрения специалистов «Гидроприбора») выглядит. Все-таки «какие-то лет тридцать»! А вот главный конструктор двигателя этой «очень сильно» предлагаемой флоту торпеды умер еще в 1969 году. Ничего, его совсем недавно на «Гидроприборе» опять в серию запустили (де-факто расписавшись в неспособности создать современный двигатель).

Следует отметить, что название этой темы имеет «англоязычный вариант прочтения», исчерпывающе характеризующий все «дно» этого ОКР.
Более подробно – «Ихтиозавр» и другие. Электрические торпеды – новые и старые».

Из заявления автора в Главную военную прокуратуру (№ ОГР-12224 от 20.07.2017 г.):

… по ОКР «Кант» (модернизация изделия 2503):

1. Ни разу не проводились испытания по проверке реальной помехозащищенности… – с одновременным нахождением в зоне наблюдения ССН цели и средств гидроакустического противодействия, современных,… работающих в штатном режиме.

2. Батарея одноразового действия… ни разу не проходила реальных испытаний на взводимость (запуск)… в соответствии с ТУ.

3. Новая практическая батарея изделия требований (испытаний) по безопасности в ВМФ не прошла, имеет литеру 01 Минопромторга, и до сих пор многочисленные отказы в системе управления и защиты. Неудовлетворительная работа системы управления и защиты является предпосылкой к взрыву и пожару мощной силовой батареи на торпедной палубе.

4. Изделие «Кант II» ни разу не проходило испытаний в комплексе с боевой батареей, при этом для испытаний использовались отдельные батареи для силовой и приборной цепи (что не может быть обеспечено для боевой батареи).

Здесь возникает «замечательный вопрос»:

«А как же Физик?»

А с ним, несмотря на формально высокие его ТТХ (подтвержденные на государственных испытаниях), до сих пор ни одного приза Главкома «почему-то не случилось».

Более того, на момент заявления автора осенью 2015 года в Главную военную прокуратуру по «Физику» и «Футляру» торпеды «Физик» последний раз наводились на реальные ПЛ-цели только на Госах в 2007 году (это «несколько поправили», но уже позже 2015 года)!

То есть флоту поставлялся заведомо негодный боезапас. И это не «кто-то выдал военную тайну», а сугубо технические причины сознательного уничтожения этой торпеды – вплоть до заведомого саботажа.

Примеры?

Пожалуйста.

По формальному требованию военной приемки ГНПП «Регион» (причем абсолютно неадекватному) была заменена заливка антенны. Иными словами, «госы» торпеда успешно проходила с одной заливкой, а в серию пошла с совсем другой. И о последствиях этого специалисты предупреждали сразу…

Или, например, сознательный срыв расширенных испытаний (РИ) «Физика» лично начальником военной приемки «Региона», вычеркнувшим из опубликованного на сайте госзакупок перечня, работы «Региона», без которых проведение этих РИ было просто невозможно. В итоге их все равно пришлось проводить, но способами, по которым возникают вопросы: куда смотрели те, кому положено было «бдеть»?

Однако главная беда «Физика» была названа еще в статье 2014 года в «Военно-промышленном курьере» «Подводные камни «Северодвинска»:

Обращает на себя внимание также исключительно высокая стоимость выстрела торпедами «Физик-1» (особенно для работ на севере с «Северодвинска» – более восьми миллионов рублей). Фактически такая стоимость «убивает» торпеду «Физик-1», исключая ее эффективную модернизацию и нормальное освоение на флоте, по причине запредельной стоимости испытаний и боевой подготовки. Данные фантастические расценки появились после 2009 года, когда концерн «Гидроприбор» назначили единственным поставщиком «Физика».

После этого «вдруг» взлетела стоимость и самого изделия, и главное – выстрела. Цены должны быть пересмотрены. А переприготовление торпед после стрельбы следует производить на флоте с участием представителей промышленности, но под наблюдением флотских специалистов. Кроме того, нужно восстанавливать практику стопроцентной пристрелки (отстрела) всех выпущенных тепловых торпед. Это даст и статистику, и надежность, и уверенное освоение нового оружия.

После отработки всех курсовых задач необходимо проведение аналогичных американским ICEX ледовых испытаний со стрельбами новыми торпедами и средствами противодействия.

То есть торпеда «Физик-1» «существует» в ВМФ, поставляется промышленностью, находится в боекомплекте. Однако в «полузадушенном виде».

При этом у «так называемых партнеров», приняв на вооружение в 2006-м торпеду Mk48 mod.7 (примерно в одно время с государственными испытаниями «Физик-1»), ВМС США за 2011–2012 годы успели произвести более 300 выстрелов торпедами Mk48 mod.7 Spiral 4 (4-я модификация программного обеспечения 7-й модели торпеды). Это не считая выстрелов предшествующих «модов» Mk48 из модификаций последней модели (mod.7 Spiral 1-3).

Массовые торпедные стрельбы – это аксиома современного торпедизма. К сожалению, западного.

Причина этого требования – сложные и изменчивые условия среды, в которой применяются торпеды. Унитарный прорыв ВМС США (то есть принятие на вооружение в конце 60-х – начале 70-х годов торпед Mk46 и Mk48 с резко улучшенными ТТХ) был связан именно с необходимостью много стрелять для отработки и освоения новых сложных систем самонаведения, управления и телеуправления.

По своим характеристикам унитарное топливо ОТТО-2 было откровенно средненьким и уступало по энергетике уже успешно освоенной в ВМС США паре перекись-керосин более чем на 30 процентов. Но это топливо позволило значительно упростить устройство торпед, а главное – резко (на порядок) снизить стоимость выстрела. Это обеспечило массовость стрельб, успешную доводку и освоение в ВМС США новых торпед с высокими ТТХ.

Решения проблем «Физика» (в том числе раздутой стоимости выстрела) были, руководству докладывались (в частности ВриО Главкома ВМФ адмиралу Федотенкову осенью 2015 года), вызвали очень большое воодушевление и… яростное противодействие «лиц с интересом», заблокировавших вопрос.

Кроме того, де-факто оказался заблокирован и экспорт единственной нашей 53-сантиметровой торпеды с более-менее приличными ТТХ – УГСТ. Ни одной торпеды в итоге на экспорт так и не ушло, и это на фоне сверхуспешных контрактов 90-х по ее предшественнице. Но об этом ниже.

Торпедная катастрофа РоссииТорпеда УГСТ (фото Кузьмин Виталий Викторович)

Возникает вопрос:

«А что с «Футляром»?

Во-первых, «лубочные» заявления некоторых наших СМИ (в том числе ТАСС) о якобы «завершении испытаний» и «принятии этой торпеды» никакого отношения к реальности не имеют.

Реальная работа по «Футляру» (точнее, по главному – ее «голове», «мозгам») пошла только с конца 2015 года. После заявления автора в ГВП. Несмотря на то, что имелись веские основания для «дела» по тому, что творилось по этой ОКР в период 2013–2015 гг., было сделано все, чтобы это замять.

Однако большой плюс (и здесь весьма положительную роль сыграла Техническая инспекция Минобороны) был уже в том, что наконец-то стали делать то, что нужно было делать сразу (фактически ОКР был начат заново). Увы, не все.
Технические детали, разумеется, не для СМИ. Однако необходимо заметить, что автор был из числа тех, кто ставил (2012–2013 гг.) вопрос реализации в «Футляре» максимально высоких требований. Но по нетехническим, организационным проблемам сам предложил (после серии совещаний со специалистами) сделать «шаг назад» от этой «максимальной планки требований». Просто потому, что есть вопросы и параметры, «замахиваться» на которые без серьезных исследований и НИР, значит – с высокой вероятностью «завалить» ОКР.

Соответственно, ни о каком превосходстве «Футляра» над Mk48 mod. 7 говорить не приходится. По транспортным характеристикам из-за наших требований ампульного хранения топлива (аналогичного по энергоемкости) мы заведомо проигрываем. По «голове» – также. По причине непроведения (фактически сознательного блокирования, в том числе со стороны заказчика) необходимых для рывка НИРовских работ.

При этом ни в коей мере нельзя считать, что торпеда «Физик» плохая. Даже, несмотря на некоторое (небольшое) отставание по ТТХ от Mk48, с нею можно успешно воевать (в том числе благодаря очень высокой помехоустойчивости). И люди, которые делают ей «мозги», не просто лучшие отечественные специалисты, но и искренние патриоты страны. Напомню, что успех этих же лиц по «Ласте» еще в далеком 1998 году в США и ФРГ не смогли повторить до сих пор.

Здесь же ответ на вопрос:

«Футляр» или «Ихтиозавр»?

«Ихтиозавр» уже есть и в серии. И он, однозначно, очень нужен ВМФ в определенном (небольшом) количестве. Однако и по транспортным характеристикам, и по «мозгам» «Футляр» значительно превосходит «Ихтиозавр». И правильно было бы дальнейшее производство «Дагдизеля» ориентировать именно на «Футляр». Нам нужна альтернатива, проблемы «гидроприбровского» «Физика» крайне остро ставят вопрос иного изготовителя новой торпеды.

Из статьи 2017 года «Расстрел в море и базах. Новейшие подводные лодки ВМФ России вооружают устаревшим оружием и средствами самообороны».

Отдельно отмечу прорывной задел по акустическим ССН торпед бывшего начальника отдела малой акустики АКИН Д.П. Фролова, способный на порядок повысить эффективность наших подводных сил. Его реализация в торпедах ВМФ позволяет даже на старых ПЛ второго поколения пр.667БДР иметь в бою равные шансы с новейшими ПЛА четвертого поколения «Вирджиния» (ибо в бою главное – оружие).

И это вполне объективно. Данные решения были фактически проверены в море по реальным целям. И вопрос их внедрения в торпеды «Физик» и «Футляр» ставился специалистами многократно. Однако все работы по этой тематике были прекращены в середине 2000-х годов с передачей функций заказа и контроля ОКР от Управления противолодочного вооружения сначала в Управление заказов и поставок кораблей и вооружения затем в ДОГОЗ.

Дмитрия Павловича с нами сегодня уже нет.

Однако остается его научно-технический задел, который кто-то очень хочет уничтожить: от физической ликвидации (документации и матчасти) до устранения любых упоминаний об этих работах.

Например, его выступление на конференции в КГНЦ осенью 2015 года, где он напомнил о некоторых результатах своих работ, просто исчезло из отчетных материалов конференции. И очень хороший вопрос, что это – «случайность» или «нечто большее».

Экспорт: и «торпедные дрова в нагрузку»!


Вернемся к статье «Военно-техническое сотрудничество ГНЦ АО «Концерн «МПО-Гидроприбор» с зарубежными странами».

Раздел «Предложения по ВТС с инзаказчиками в части поставок минно-торпедного оружия»

2) торпеды УЭТТ, ТЭ2 различных модификаций… относятся к современным образцам.

В реальности же торпеда ТЭ2 имеет:

- ССН, «воспроизведенную на отечественной базе» с американской торпеды разработки конца 50-х годов;

- батарею по американскому патенту 40-х годов прошлого века;

- двигатель, главный конструктор которого умер в 1969 году;

- систему телеуправления, уровня начала 60-х годов (которую сегодня правильно было бы назвать «вожжами»).

Ничего себе «современный образец»!

В начале XX века на мировом рынке корабельных донных мин определенный интерес вызвали предложения АО КМПО «Гидроприбор» по поставке аппаратурно-приборного модуля (АПМ) для модернизации донных мин типа УДМ-Э и типа ДМ.

Торпедная катастрофа России

Вопрос по этому «рудименту» 60-х годов прошлого века уже разбирался в статье «Что не так с «новейшим» ПМК проекта 12700?»

Однако к этому стоит добавить «реакцию инозаказчиков»:

Относительно интереса индийской стороны к морским донным минам нужно отметить, что в 2010–2012 гг. был объявлен международный конкурс на организацию совместного производства на территории Индии. Предложения Концерна были отклонены.

…В части морских донных мин КНР не проявляла интерес к предложениям КМПО Гидроприбор.

Необходимо отметить, что первый заказчик АПМ, получив эту разработку, ругаться не стал. И просто за пару лет сделал себе современные морские мины. Сам. На фоне которых то, что сегодня демонстрирует «Гидроприбор» – просто антикварная рухлядь.

Участие в ВТС предполагает постоянное поддержание экспортных образцов техники на современном научно-техническом уровне.

С этой целью АО «Концерн «МПО – Гидроприбор» проводит постоянные мероприятия по совершенствованию научно-технической и производственной кооперации. В РФ к ним относятся:

- Разработка электронного прибора управления Б-107 для торпедного оружия и его серийное производство с 2016 года взамен электромеханического прибора управления Б-27, поставляемого ОАО «НПО Киевский завод автоматики».

- Организация серийного производства биротативных электродвигателей типа ДП-31УН.

- Разработка и производство литийионных АКБ для практических торпед ТЭ2.

- Постоянная корректировка техдокументации с целью использования современной отечественной элементной базы.

Ну, нельзя же так с себя публично «штаны снимать». То есть «современный» (в кавычках) уровень «Гидроприбора» – это запуск в серию рухляди и «корректировка техдокументации» для «использования современной элементной базы», «содранной» с американской разработки конца 50-х годов.

По массовым отказам литийионных батарей – описано в уже ранее упоминавшейся в тексте статье «Ихтиозавр» и другие. Электрические торпеды – новые и старые».

Торпедная катастрофа РоссииТорпеда ТЭ2

Примечание. Автор впервые о массовых отказах системы управления и защиты этой батареи услышал в кабинете адмирала Сучкова еще в 2012 году. На дворе 2021 год. (А в 2019 случился «Лошарик»).

Торпеды УЭТТ находятся в эксплуатации порядка 15 лет, что предопределяет следующие варианты переговорных тем с заказчиком

- ремонт торпед,
- модернизация торпед,
- приобретение современных торпед ТЭ-2.

Рассмотрим подробнее эти варианты:

- Объем ремонта определяется требованиями заказчика и согласовывается с исполнителем. По своим возможностям Концерн способен выполнить ремонт любой сложности, кроме ремонта прибора управления «Б-26», по которому необходимо обращаться к изготовителю.

- Любые требования по модернизации способно выполнить АО Концерн МПО Гидроприбор, но необходимо учитывать, что при замене прибора управления Б-26 на прибор Б-107 и при применении литийионных АКБ, в практических торпедах совокупные затраты на модернизацию торпеды УЭТТ могут превысить стоимость новой торпеды ТЭ2.

Еще раз повторюсь, стоимость установки нового блока гироскопов Б-104 и «инновационной» литийионной батареи (из каких комплектующих – не будем…) составляет больше чем стоимость новой торпеды ТЭ2! Публично эта цифра не фигурировала, но она, скажем так – «весьма и весьма нескромна».

Некоторое время назад бурную реакцию вызвала цена торпеды «Ихтиозавр». Очень жаль, что рядом не оказалось ценника на ТЭ2. Изумление (здесь правильнее было бы сказать другое слово – из «боцманского лексикона») общества было бы гарантировано.

С учетом антикварности и очень высокой стоимости продукции КМПО «Гидроприбор» (фактически эти «торпедные дрова» идут заказчику «в нагрузку» к кораблям российской постройки), с экспортом, мягко говоря, имеются проблемы. Поэтому все эти «дрова» «просто обязаны» «принять и оплатить» уже наши ВМФ и Минобороны: и Б-107, и не прошедшие положенных испытаний (в том числе на безопасность) литийионные батареи (которые уже очень много лет упорно пытаются пропихнуть на флот).

В статье нет ни одного упоминания об УГСТ (при этом перечисляются все экспортные контракты и детально расписаны поставки по ним), которая уже давно превратилась в «интерьер для салонов».

При этом сама статья написана на крайне низком профессиональном уровне. Имеется масса ошибок, ставящих очень нехорошие вопросы о степени «компетентности» автора в тематике МПО и экспорта вооружений. Только один пример, ДЭПЛ проекта 877ЭКМ (поставки 80-х годов, с торпедами с механическим шпиндельным вводом стрельбовых данных) оказались в том числе с «электрическим вводом стрелковых данных» (так в тексте).

К этому стоит добавить, что, несмотря на то, что с лета 2013 года по способности антиторпеды М15 надежно убивать атакующие торпеды нет никаких сомнений (по результатам серии испытаний по реальным целям с выдающимися результатами), экспорт этого уникального изделия провален. Более того, сорвано оснащение ими подлодок ВМФ (в том числе новейших «Ясеней» и «Бореев», где они обязаны были быть по проекту и госконтракту). После этого уже не вызывает удивления и отсутствие экспортных поставок «Пакета».

Глупость или саботаж?


И это всё в ситуации, когда, несмотря на ряд проблем, есть все технические возможности иметь достойное и эффективное морское подводное оружие. Более того, некоторые наши достижения (например, антиторпеды) наши западные «так называемые партнеры» не могут повторить уже два десятка лет!

Возникает логичный вопрос:

«А что вообще происходит?»

Например, одним из высокопоставленных руководителей ОПК кулуарно был прямо поставлен вопрос прямого саботажа по тематике подводного оружия и средств противодействия. То есть фактически сознательной подготовки военного поражения страны.

Куда смотрит флот?

Экс-главкомы Чирков и Королев сейчас на «жирных» должностях в ОСК. И этот список можно продолжить.

Из статьи «Морское подводное оружие России сегодня и завтра. Состоится ли прорыв из «торпедного кризиса» 2015 года:

Вопрос персональной ответственности.

Подчеркну – никто ни в ВМФ и Минобороны, ни в ОПК не понес реальной ответственности за происходящее.

При этом МПО – это не «что-то не очень важное». МПО это наиболее критическое и провальное направление ВВСТ РФ, в том числе крайне важное для обеспечения обороноспособности и стратегического сдерживания.

Фундаментом последнего является не «дальность полета и количество боеголовок БРПЛ», а неотвратимость ответного удара, основой чего является боевая устойчивость МСЯС (важнейшей частью которой является МПО).

Сегодня стране и флоту нужна честная и обоснованная комплексная целевая программа «Морское подводное оружие» для выхода из острого кризиса МПО.

В противном случае само строительство ВМФ РФ в существующем виде смысла не имеет.

Ну а потом был «Арктический торпедный скандал».

Сегодня в 2021 году наши лодки по-прежнему практически безоружны.
Автор:
Максим Климов
Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх