Доосквернялись: Шойгу уполномочен заявить

Доосквернялись: Шойгу уполномочен заявить

 
Пока в "цивилизованной" Европе разрушают памятники советским воинам, в России создают новые. Фото: Сергей Киселев / АГН "Москва"

Законопроект об этом Минобороны РФ разработало и представило ещё в июне прошлого года, но сетующие о неуважении к России и СССР политики и парламентарии пальцем о палец не стукнули, чтобы вандалы поняли, что их безнаказанность осталась в прошлом.

Два месяца осталось до юбилейного 75-летия Великой Победы в Великой Отечественной войне. Ставшей в последние годы традицией тенденция устраивать разного рода провокации, в том числе и на информационном поле, и, что называется, в реале, обещает, с учётом статуса даты, немало сюрпризов.

Часть из них мы уже видели на примере мероприятий в память о начале Второй мировой войны, к юбилею освобождения Освенцима и т.д. Практически каждую неделю до нас доходит информация о том, что в одной стране снесли памятник советским воинам, в другой убрали мемориал, в третьей раскрасили скорбную фигуру павшего воина в весёлые цвета или просто разрисовали цветочками. Нередко все эти акции осквернения памяти и вандализма по отношению к памятникам и другим символам сопровождаются оскорбительными надписями, разрушениями и т.д. В Болгарии раскрасили знаменитого на весь мир Алёшу, в Таллине убрали Бронзового солдата, на Украине… Там вообще просто эпидемия свидомовируса, не оставляющая после себя ничего живого и разумного одновременно.

Шойгу уполномочен заявить…

И в лучшем случае российский МИД, реагируя на такие факты, высказывает озабоченность. Как вариант, глубокую озабоченность. То есть, по сути, грозит пальчиком тем, кто позволяет себе такие выходки.

– Да что мы тут можем сделать, они же за границей! – сокрушаются отечественные политики разных политических оттенков. Можем, господа-товарищи. Можем, надо только не манкировать своими обязанностями. Например, тем же парламентариям.
Летом прошлого года министр обороны России Сергей Шойгу, открывая конференцию "Актуальные вопросы информационного противодействия" в рамках международного военно-технического форума "Армия-2019", заявил, что надеется на поддержку законопроекта, разработанного и внесённого Минобороны. Законопроекта о санкциях за снос и осквернение памятников защитникам Отечества за рубежом.

– Исходя из этого, мы внесли законопроект – надеюсь, он будет поддержан нашими коллегами, – который говорит об ответственности за разрушение наших памятников, искажение истории. За это надо отвечать. Отвечать должен и тот человек, который принимал решение, и тот, кто попустительствовал при разрушении памятника, не принял никаких мер по его защите, – заявил Сергей Кужугетович и повторил. – Они должны отвечать. Хотя бы по нашим законам. Такие люди не должны иметь право вести в нашей стране бизнес. Они должны стать для нашей страны невъездными. А если уж въехали, то должны быть подвергнуты за свои действия суду по нашим законам.

Суть вопроса

Собственно говоря, законопроектов было аж целых два. Первый касался как раз тех зарубежных лиц, которые оказались "причастны". Кроме запрета на въезд для них предлагались и другие ограничения. Например, "запрет на распоряжение имуществом на территории России, арест финансовых и других активов, запрет на сделки с ними, приостановление деятельности подконтрольных юрлиц и полномочий в их советах директоров".

А причастность определялась не только непосредственным участием в актах вандализма, но и призывами к их совершению, подстрекательством, а также – бездеятельностью (последнее относилось к политикам и чиновникам). Кстати, все эти установленные лица должны были попасть в созданный специально реестр таких иностранцев.

памятникПрактически каждую неделю до нас доходит информация о том, что в одной стране снесли памятник советским воинам, в другой убрали мемориал... Фото: Stefan Sauer / Globallookpress   

Второй законопроект касался внесения дополнительного пункта в статью 243 УК РФ и предполагал уголовную ответственность не только за уничтожение объектов культурного наследия, но и "уничтожение или повреждение символов воинской славы России", в том числе и находящихся за рубежом. Каких именно? Перечень достаточно широк: "памятники, стелы, обелиски, мемориальные сооружения и музеи, памятные знаки на местах боевых действий и посвящённые выдающимся военачальникам, дням воинской славы и памятным датам". Наказание предполагалось достаточно серьёзное – от штрафа в диапазоне 3-5 миллионов рублей (последняя цифра – при отягчающих обстоятельствах) до лишения свободы на срок до 4, а при отягчающих и до 5 лет.

Россия здесь – не первооткрыватель неизвестных территорий. Аналогичное законодательство за, например, просто отрицание того же Холокоста предусматривает различные варианты в разных странах. Но само по себе его отрицание является уголовным преступлением в целом ряде европейских (и не только) стран – Австрии, Бельгии, Германии, Литве, Люксембурге, Польше, России (реабилитация нацизма), Словении, Франции, Швейцарии, а также в Канаде и Израиле, Лихтенштейне, Португалии, Чехии и Словакии. И приговоры там не поражают мягкостью – 2 года тюрьмы, 3 года, 5 лет тюрьмы, 6 с половиной лет лишения свободы. Сам Жан-Мари Ле Пен был ещё до появления евро был во Франции оштрафован судам на 1,2 млн франков за фразу, что "газовые камеры были лишь эпизодом Второй мировой войны", а потом ещё и к нескольким месяцам тюрьмы за "оправдание гестапо".

С глаз долой – из сердца вон

Безусловно, каждое государство и сейчас имеет право без всяких объяснений запретить въезд любому иностранцу, объявив его персоной нон грата. Как это буквально на днях произошло с известным автором фильмов-"разоблачений" о допинге в российском спорте Хайо Зеппельтом. Который, хоть и плачется сейчас про то, что "плохие русские" не пускают его в Россию, прекрасно понимает, что этим он обязан своим клеветническим поделкам.

Но в случае с таким отношением к памятникам советских и российских воинов подобная огласка была бы только в плюс. Чтобы вандалы и те, кто их вдохновляет, понимали – внесение их в список чревато последствиями. Какими? Тоже не вопрос – рядовой "правосек", например, не смог бы приехать на заработки на те же нефтепромыслы в Сибирь. А Петр Алексеевич Порошенко мог бы мечтать о своей кондитерской фабрике в Липецке только в сладких снах. Да и нынешний глава Украины Владимир Зеленский мог бы остаться без денег от использования в России снятых им кинолент (хотя и так бы глаза бы их не видели. – Прим. авт.).

Многие "герои" нынешних политических ток-шоу на российском телевидении могли бы участвовать в них исключительно по скайпу. И, наверное, российские телезрители, помимо всего прочего, вздохнули бы с облегчением, когда всякие Корейбы, Запорожские и прочие Ковтуны не отсвечивали с экранов телевизоров. Да и в той же Польше, республиках Балтии, Молдовии и т.д. целый ряд политиков, имеющих в России конкретные бизнес- и иные интересы, собственность и получающих отсюда средства на поддержание роскошных штанов, прикусили бы языки и сделали свою жестикуляцию менее ярко выраженной.

думаДепутаты Госдумы так и не нашли времени на рассмотрение Законопроектов МО РФ об ответственности за "уничтожение или повреждение символов воинской славы России", в том числе и находящихся за рубежом. Фото: Komsomolskaya Pravda / Globallookpress   

Всё это могло бы быть. Но… столь рьяно выступавшие против осквернения памяти советских и российских воинов – защитников Отечества депутаты Госдумы так и не нашли времени, чтобы рассмотреть законопроекты, о которых идёт речь.

20 июня 2019-го законопроект был внесен Минобороны. 12 июля было начато общественное обсуждение. В тот же день была начата независимая антикоррупционная экспертиза на предмет содержания или отсутствия коррупционноёмких норм. 18 июля эта экспертиза была завершена. 26 июля закончили общественное обсуждение. Все сказали: "Ах, как хорошо! Это нам и нужно". "Единая Россия", с жаром схватившаяся за инициативу и проведшая несколько слушаний по этим законопроектам с общественностью в регионах, разом утратила интерес к документу. На той стадии вс" пока и остановилось, если верить информации, размещённой на Федеральном портале проектов нормативных правовых актов.

И первый, и второй законопроекты так и остались лежать где-то под сукном. И, может быть, к 80-летию Победы при работе такими темпами депутаты смогут превратить законопроекты в законы. Особенно, если Сергей Кужугетович Шойгу пришлёт к ним в гости на Охотный ряд хотя бы взвод комендантской роты. Или отправит сотню-другую народных избранников из числа военнообязанных на настоящие военные сборы офицеров запаса, откуда им кресла в Госдуме покажутся недостижимой синекурой.

Если, конечно, к тому времени ещё останутся памятники воинской доблести и славы советских и российских защитников Отечества.

Источник ➝

Блицкриг на Западе. Как пали Голландия, Бельгия и Франция

Блицкриг на Западе. Как пали Голландия, Бельгия и Франция

Немецкие солдаты у ворот захваченного бельгийского форта «Бонсель». Май 1940
80 лет назад, в мае 1940 года, Третий рейх нанёс сокрушительное поражение Голландии, Бельгии, Франции и Англии. 10 мая 1940 года немецкие войска вторглись в Голландию, Бельгию и Люксембург. Уже 14 мая капитулировали Нидерланды, 27 мая – Бельгия, Франция была разбита и утратила волю к сопротивлению, британцы бежали на свой остров.

Завоевание «жизненного пространства»


Несмотря на быстрый разгром Польши, захват Дании и Норвегии, военно-экономическая мощь Рейха не соответствовала масштабам агрессивных замыслов Гитлера.
Однако мощь вооруженных сил Германии быстро росла. В 1939 году в сухопутных силах было уже 3,8 млн. человек, к весне 1940 года действующая армия возросла ещё на 540 тыс. человек. Вдвое больше стало танковых соединений (вместе 5 стало 10). Увеличена армия резерва. Строился большой флот. Рейх получил современные ВВС. Резко возросло военное производство. Однако военный и ресурсный потенциал Германской империи сильно уступал противникам. Ресурсы одной только Британской империи были значительно выше германских. Таким образом, Англия и Франция имели хорошую военно-материальную базу для победы над Рейхом, но не использовали её. Союзники до последнего сохраняли пассивность, отдавая врагу стратегическую инициативу.

Тем временем Германия активно готовилась к французской кампании. Чтобы выиграть время для подготовки новой наступательной операции, Гитлер делал вид, что готов договориться. Что у Германии нет особых претензий к Франции, а от Англии немцы ждут возвращения колоний, отобранных после Первой мировой войны. В это время в Рейхе разворачивались новые воинские части, наращивалось производство вооружения, техники и боеприпасов. Внутри страны нацисты завершали разгром любой оппозиции, подавляли антивоенные настроения. Методично проводилась мощная идеологическая обработка населения в сочетании с репрессиями. Армия и народ становились единой военной машиной, уверенной в своей правде.

Немцы, используя популярность в Европе Гитлера, идей нацизма и фашизма, создали мощную агентурную сеть во Франции, Голландии и Бельгии. Германское командование знало о противнике практически всё: количество и качество войск, их дислокацию, состояние военной промышленности, мобилизационную готовность, тактико-технические данные вооружения и т. д.

Гитлер в ноябре 1939 года на военном совещании снова ставит задачу завоевания жизненного пространства для Германии: «Никакое умничанье здесь не поможет, решение возможно только с помощью меча». Также фюрер говорит о расовой борьбе, борьбе за ресурсы (нефть и т. д). Гитлер отмечает, что Рейх сможет выступить против России только победы на Западе. Необходимо разгромить Францию и поставить на колени Англию.

В результате Гитлер и военно-политическое руководство Рейха, несмотря на авантюризм их планов, вполне разумно считали, что необходимо решить проблему возможности войны на два фронта, которая погубила Второй рейх. На пути к господству в Европе и мире сначала необходимо усилить военно-экономический потенциал Германии за счёт завоевания ряда европейских стран, разгрома Франции и Англии. Гитлер хотел взять исторический реванш за проигранную войну 1914—1918 гг. над Францией, что должно было ещё больше сплотить нацию, дать ей дух победы. Обезопасить тыл, поставить Лондон на колени (избежать полного разгрома Англии и договориться с британцами), установить единую власть в Европе, подготовить плацдармы с севера и юга для удара по России (договорившись с Финляндией и Румынией, оккупировав Балканы). Поэтому германское верховное руководство пришло к выводу, что новые удары целесообразно нанести на Западе, оставив Россию на потом.


Немецкие солдаты под прикрытием противотанковой САУ Panzerjager I в Бельгии. Май 1940


Французские артиллеристы ведут огонь из 155-мм гаубицы образца 1917 года системы «Шнейдер» в районе Седана. Май 1940


Расчет немецкой 210-мм тяжелой мортиры готовится открыть огонь по французским укреплениям. На заднем плане находится еще одна 210-мм тяжелая мортира


Немецкие солдаты у взятого дота линии Мажино

Почему Париж и Лондон пассивно ждали вражеского удара


Военно-политическое положение Франции и Англии как нельзя лучше соответствовало планам гитлеровцев. Франция, которая со времен победы в Первой мировой войне сохраняла позиции одной великих мировых держав и лидера Европы, была в политическом упадке. Французы в политическом отношении стали младшими партнерами англичан, которые до самого последнего момента «умиротворяли» агрессора за счёт соседей. Лондон же сознательно разжигал в Европе большую войну в надежде выйти из новой мировой войны победителем, главой нового мирового порядка. Британская империя была в кризисе, ей необходима была мировая война, чтобы похоронить конкурентов. В итоге Англия сознательно шаг за шагом сдала Гитлеру всю Европу (включая и Францию) и, очевидно, имела негласные договорённости с фюрером, включая миссию Рудольфа Гесса; договоренности до сих пор засекречены в британских архивах. Гитлер получал спокойный тыл в Европе и затем должен был атаковать русских. После победы на Россией Берлин и Лондон могли построить новый мировой порядок.

Организация французских вооруженных сил, их стратегия, оперативное и тактическое искусство застыли на уровне Первой мировой войны. Французы не уделяли большого внимания развитию передовой военной техники, и немцы получили преимущество в авиации, связи, противотанковом и зенитном вооружении. Французский генералитет в основном остался в военной мысли в прошлом, проспал новые процессы в развитии военного искусства. Французы исходили из оборонительной стратегии, считали, что враг, как в предыдущую войну, истощит свои силы в позиционной борьбе. Франция потратила огромные средства и уделила большое внимание совершенствованию хорошо оборудованных укрепленных линий на западной границе. Французы думали, что немцы увязнут в штурме линии Мажино, а затем можно будет сформировать резервы, подтянуть войска из колоний, перейти в контрнаступление, пользуясь материально-военным преимуществом над Германией.

В результате с тотальной мобилизацией не спешили, продолжали в целом мирную жизнь. «Странная война» на Западном фронте продолжалась до самого немецкого удара. Голландия и Бельгия не спешили налаживать военное взаимодействие с французами и британцами. Подчёркивали свой нейтралитет. У союзников царила ущербная оборонительная стратегия, отдававшая инициативу врагу. Дивизии, танки и авиация были равномерно растянуты по фронту. Стратегические резервы на случай неожиданного прорыва немцев не сформировали. Тыловые оборонительные линии не подготовили. Даже мысли такой не было! Генералитет смотрел на политиков, ждал скорого мира. Затишье на фронте рассматривалось как свидетельство того, что германское руководство вскоре будет искать мира с Англией и Францией с целью организации общего «крестового похода» против России. Офицеры и солдаты также были уверены, что подписание мира с Германией — вопрос времени. Даже если немцы и попробуют атаковать, то будут остановлены на линии Мажино, а затем попробуют договориться. Поэтому убивали время игрой в футбол, карты, смотрели привозимые кинофильмы, слушали музыку, заводили романы с дамами. Бои в Норвегии сначала насторожили военных, но на французской границе по-прежнему было тихо. Таким образом, в целом общество и армия считали, что немцы не полезут штурмовать неприступные форты, и рано или поздно будут искать компромисс.

При этом времени для полной мобилизации, организации жесткой обороны и подготовки сильных контрударов у союзников было полно. Гитлер несколько раз переносил сроки начала операции. Сначала с ноября 1939 года на январь 1940 года — из-за неготовности армии. Затем января на весну 1940 года — из-за потери секретных документов (т. н. Мехеленский инцидент), с марта на май — из-за Датско-норвежской операции. Обо всех планах Гитлера германской армии военные заговорщики из абвера (военная разведка и контрразведка Германии) своевременно докладывали союзникам. Англо-французское командование знало об подготовке операции Рейха в Норвегии, но упустило момент для уничтожения немецкого морского десанта. Англо-французы знали о планах нападения на Францию, о времени вторжения, о том, что через Бельгию и Голландию немцы нанесут отвлекающий удар, а основной будет в Арденнах. Но угодили и в эту ловушку.

Западные державы будто спали. Целый ряд «странностей» привёл к блестящей победе Гитлера и Третьего рейха. Малые страны верили в незыблемость своего «нейтралитета». К примеру, бельгийские власти 9 мая (за день до вторжения) восстановили 5-дневное увольнение из армии, показывая своё неверие в «нелепые слухи» о войне. В это время немецкие танки уже шли к границе Голландии, Бельгии и Люксембурга. Лидеры Запада были уверены в скором союзе с Третьим рейхом против русских. Франция, которая в Первую мировую войну проявила настоящий героизм и отчаянно дралась, дала себя разгромить и оккупировать. Англия избежала больших потерь, её просто выбили на острова. В Берлине уважали британских колонизаторов и расистов, которые показали немцам, как править миром с помощью колониальных «элит», террора, геноцида и концлагерей.


Французские артиллеристы у 220-мм пушки особой мощности образца 1917 года фирмы «Шнейдер» готовятся открыть огонь по укреплениям Западного вала (Линии Зигфрида) на границе Германии


Немецкие солдаты осматривают французский танк Char B1-bis «Мистраль», подбитый в Ле-Катле


Немецкие солдаты позируют на французском танке Renault FT-17

Силы сторон


Гитлер сосредоточил на Западном фронте основные силы (на Востоке оставили всего несколько дивизий прикрытия) – 136 дивизий, включая 10 танковых и 6 моторизованных. Всего 3,3 млн. человек, 2600 танков, 24,5 тыс. орудий. Сухопутные силы поддерживали 2-й и 3-й воздушные флоты – свыше 3800 самолетов.

Союзники имели примерно такие же силы союзников: 94 французские, 10 британских, польская, 8 голландских и 22 бельгийские дивизии. Всего 135 дивизий, 3,3 млн. человек, около 14 тыс. орудий калибра выше 75 мм и 4,4 тыс. самолетов. По числу танков и самолетов союзники имели преимущество. Однако союзники уступали в качестве бронетанковых сил: 3 бронетанковые и 3 легкие механизированные дивизии, всего более 3,1 тыс. танков. То есть по числу танков немцы уступали, а также и по качеству техники (французские танки были лучше). Но немецкие танки были сведены в ударные группы и дивизии, а французские танки рассредоточены по линии фронта, распределены между соединениями и частями. В результате в начале сражения силы были примерно равны, по некоторым количественным показателям преимущество было у союзных армий.

Если бы сражение затянулось, то у германцев начались бы большие проблемы. Союзники имели возможность сравнительно быстро нарастить число дивизий с помощью тотальной мобилизации во Франции, переброски войск из Англии и колоний. Также Французская и Британская колониальные империи имели преимущество в людских, материальных ресурсах. Затяжная война была смертельна для Рейха.



Высадка немецкого парашютного десанта с транспортных самолетов Юнкерс Ю-52 в Нидерландах


Немецкие мотоциклисты на улице пригорода Люксембурга


Немецкие конные разведчики переправляются через реку в Арденнах

«Желтый план»


Наступление германских войск разворачивалось в соответствии с уточнённым «Жёлтым планом» (план «Гельб»). Он предусматривал вторжение войск во Францию не только через Центральную Европу, как было в первом варианте (повторение в основах «плана Шлиффена» 1914 года), а одновременную атаку по всему фронту до Арденн. Группа армий «Б» связывала врага боями в Голландии и Бельгии, куда союзники должны были перебросить свои войска. Главный удар войска группы армий «А» наносили через Люксембург – Бельгийские Арденны. То есть германские войска обходили мощную укрепленную зону на франко-германской границе – линию Мажино, и должны были прорваться к побережью пролива Ла-Манш. В случае успеха германские дивизии отсекали бельгийскую группировку противника от сил во Франции, могли её блокировать и уничтожить, избегали тяжелых боев на французской границе.

Основной задачей группой армий «В» (18-я и 6-я армии) под командованием фон Бока было сковать силы врага на северном фланге, захватить Голландию и Бельгию, на втором этапе операции войска перебрасывали во Францию. От быстроты действий 18-й и 6-й армий Кюхлера и Рейхенау зависел успех всей операции. Одни должны были не дать голландской и бельгийской армиям прийти в себя, организовать упорное сопротивление на удобных позициях «крепости Голландия» (многочисленные реки, каналы, плотины, мосты пр.), фортах Бельгии. Помешать наступлению англо-французских войск, которые должны были войти в Бельгию левым крылом. Поэтому решающую роль в операции играли передовые части десантников-парашютистов, 16-й моторизованный корпус Гёпнера (в составе 6-й армии).


Главный удар наносила группа армий «А» под началом фон Рундштедта (4-я, 12-я, 16-я армии, 2-я резервная армия, танковая группа Клейста – два танковых и механизированный корпуса). Германские войска вторгаясь в Бельгию, продвигались сначала медленно, ожидая втягивания вражеских войск в западню, затем совершали рывок через Арденны, прорываясь к морю, к Кале. Тем самым блокируя союзные войска в Бельгии и северном побережье Франции. На втором этапе операции группа Рундштедта должна была нанести удар во фланг и тыл французским войскам на линии Мажино, соединиться с группой армий «Ц» («С»), которая вела вспомогательную операцию на франко-германской границе.

4-я армия Клюге наступала на правом фланге группу армий «А»: она должна была прорвать оборону бельгийской армии, наступать южнее Льежа, быстро выйти к р. Маас в районе Динан, Живе. 15-й моторизованный корпус (группа Гота) с рубежа Мааса начинал прорыв к морю. 12-я армия Листа и танковая группа Клеста (19-й и 41-й танковые, 14-й механизированный корпуса) должны были легко пройти через Люксембург, затем форсировать труднодоступную местность Арденн, выйти к Маасу на участке Живе – Седан. Форсировать реку и быстро наступать на северо-запад. 12 армия обеспечивала левый фланг, танковые соединения прорывались к морю, к Булони и Кале. Левый фланг ударной группировки прикрывала 16-я армия Буша. По мере прорыва бронетанковой группы на запад и северо-запад 16-я армия должны была обеспечить южный фланг сначала со стороны франко-германской границы, затем за Маасом. В результате армия Буша должна была протий Люксембург, а затем повернуть фронт на юг.

Группа армий «С» под командованием фон Лееба (1-я и 7-я армии) выполняла вспомогательную роль, должна была активными действиями привлечь силы противника, не дать французам перебросить дивизии на север. 2-й и 3-й воздушные флоты Шперли и Кессельринга решали задачу по уничтожению вражеской авиации на аэродромах и воздухе, прикрытия наступающих сухопутных сил.

Продолжение следует…


Немецкие зенитчики осматривают французский легкий танк AMR 35 ZT 1 2-й легкой механизированной дивизии, подбитый в Бельгии


Немецкие солдаты осматривают разрушенные укрепления бельгийского форта Эбен-Эмаэль


Немецкие парашютисты, принимавшие участие в захвате бельгийского форта Эбен-Эмаэль. 12 мая 1940


Немецкий танк Pz.Kpfw. III, стоящий вблизи мельницы на улице Рейсорда в Голландии
Автор:
Самсонов Александр
Использованы фотографии:
http://waralbum.ru/

О чипизации населения, слежке и «цифровом концлагере»

О чипизации населения, слежке и «цифровом концлагере»

Одна из тем, которая с особой остротой обсуждается в последнее время, связана с внедрением искусственного интеллекта в быт россиян. При рассмотрении этой темы обсуждающие её делятся на две непримиримых группы. Первые считают, что внедрение искусственного интеллекта призвано облегчить и сделать комфортнее жизнь всех и каждого, другие уверены, что всё идёт к тотальному контролю над человеком, когда индивидуальной свободе уже не будет места.

На стороне считающих, что нашу жизнь переводят в так называемый «цифровой концлагерь», находится писатель, называющий себя экспертом в области искусственного интеллекта (ИИ), Игорь Шнуренко.


Шнуренко поднимает вопрос о том, как излечившимся от коронавируса в добровольно-принудительном порядке устанавливаются приложения на смартфоны, которые позволяют осуществлять отслеживание деятельности владельца смартфона.

Шнуренко:

Как только вы устанавливаете это приложение, вам приходится доказывать свою невиновность, причём в постоянном режиме.

Сегодня активно, помимо всего прочего, рассматривается тема «чипизации» населения. И здесь есть те, кто считает, что всех нас поголовно посадят на чипы с функцией слежки, и те, кто относит первых к нагоняющим волну паники.
Материал канала «День» от упомянутого Игоря Шнуренко:


Картина дня

))}
Loading...
наверх