Свежие комментарии

  • Терехов Олег
    Подобные трагедии и экологические катастрофы будут продолжаться пока президент не даст команду в первую очередь сажат...ЖЕРТВОПРИНОШЕНИЯ ...
  • Владимир Балаев
    Коррупция возникла сразу же вместе с возникновением государства, и всегда с ней пытались бороться... В древнем Китае ...Прав был Салтыков...
  • Олег Щепанов
    Браво КНР!С лесными братьями так и нудно поступать...Это пример либеральной России...Китайские таможен...

Почему американцы не остановят турецкие удары по союзникам-курдам в Сирии

Анкара наращивает применение беспилотников против Рабочей партии Курдистана, но войну это не останавливает

Почему американцы не остановят турецкие удары по союзникам-курдам в Сирии
Фото: ZumaTAСС

Свободная пресса" продолжает публиковать переводы авторов из альтернативных западных СМИ. Это далеко не та пропаганда, которую печатают в CNN, New York Times, Washington Post, Los-Angeles Times и других «авторитетных» медиаресурсах. Если вам интересно побольше о узнать об этих авторах, можно заглянуть сюда.


С 2019 года власти Турции увеличили частоту ударов своих беспилотных летательных аппаратов по Рабочей партии Курдистана (РПК) в Сирии и Ираке. Стратегию Турции легко понять. Анкара использует недорогостоящую стойкую авиацию для нанесения ударов по лидерам РПК и кадрам более низкого ранга в районах, до которых она ранее не могла добраться. После серии турецких военных наступлений эти удары еще больше усилили давление на РПК и ее филиалы и отодвинули их дальше от юго-восточной границы Турции.

В ближайшие годы эти удары беспилотников, вероятно, останутся постоянной особенностью контртеррористической кампании Турции. У Анкары нет стимула их останавливать. В то же время эти удары не выведут из строя РПК и не положат конец ее борьбе, которую она ведет уже четыре десятка лет несмотря на то, что эти удары демонстрируют явные признаки снижения возможностей группировки.

В результате удары турецких беспилотников создадут еще большую напряженность в американо-турецких отношениях и еще большую напряженность между Вашингтоном и его партнерами по борьбе с «Исламским государством» * в Сирии.

Вашингтон почти наверняка не будет оказывать достаточного давления на Анкару, чтобы та прекратила эти свои удары. Для Соединенных Штатов Курдистана не существует, поэтому курдские вопросы подчинены отношениям со странами, в которых курды проживают. Этот разумный подход означает, что Вашингтон почти наверняка предпочтет Анкару негосударственному субъекту — за пределами насущных проблем национальной безопасности, вызванных войной против «Исламского государства». Вместо того чтобы вступать в бесполезные дебаты о том, могут или должны Соединенные Штаты остановить удары турецких беспилотников, политикам следует сосредоточиться на устранении последствий (войны — С.Д.) по всему региону.

Вечная война Турции

Турция борется с РПК с 1980-х годов. Последний раунд конфликта начался в июле 2015 года, когда завершился неспокойный, но многообещающий мирный процесс. Но собственная «вечная война» Турции сохраняет высокий уровень поддержки со стороны правительства и широких слоев населения.

В этом контексте Анкара уделяет приоритетное внимание развитию беспилотных летательных аппаратов местного производства. Их развертывание доказало свою ценность в снижении рисков для турецких солдат и при нанесении ударов по линиям связи РПК в северном Ираке и северной Сирии. Короче говоря, использование недорогой авиации не представляет собой значительные расходы турецких ресурсов и ведет к положительным военным результатам.

По мере расширения использования турецких беспилотных летательных аппаратов растет и число ударов беспилотников, сочетающих технологию беспилотных летательных аппаратов с трансграничными операциями Анкары в Сирии и Ираке. Это привело к увеличению турецкого присутствия в традиционных опорных пунктах РПК на востоке Ирака. Анкаре удалось использовать свое доминирующее экономическое положение для установления более тесных связей с Демократической партией Курдистана, которая контролирует Эрбиль и является самой влиятельной политической партией иракских курдов. Иракские курды в целом раздираемы расколом, и Демократическая партия Курдистана извлекает выгоду из своих тесных отношений с Анкарой. В результате, в то время как удары беспилотников вызвали массовые протесты на севере Ирака, для Анкары политические издержки невелики.

В ответ РПК рассеялась, нападая на турецкие военные объекты в Ираке и используя прокси для ведения постоянных повстанческих действий в оккупированной Турцией Сирии. Такая тактика, по мнению Анкары, свидетельствует о слабости РПК. Группировка была вытеснена из своих традиционных опорных пунктов на территории Турции, и основные районы соприкосновения в настоящее время находятся на территории Ирака. Эта позиция выгодна Анкаре, даже если она мало что делает для политического устранения причин недовольства и гнева курдов по отношению к государству или привлекательности РПК для меньшинства турецких граждан.

Американская непоследовательность

Удары турецких беспилотников создают политическую проблему для Соединенных Штатов. Сирийские демократические силы, сирийско-курдское ополчение, с которым Вашингтон сотрудничал в борьбе с Исламским государством, имеет прямые связи с РПК, и удары Турции неоднократно наносились по ее должностным лицам. Эти удары наносятся в то время, когда американские войска находятся «на земле» в Сирии, работая вместе с этой группировкой.

Турецкие удары в Сирии начались после того, как переговоры Турции с Вашингтоном о создании постоянного присутствия на северо-востоке Сирии провалились, а затем привели к началу операции «Весна мира» (Operation Peace Spring), название которой Анкара дала своему вторжению в октябре 2019 года.

В Ираке за тот же период времени удары беспилотных летательных аппаратов участились, что отражает технологические достижения этой страны в области беспилотных летательных аппаратов и боеприпасов для них.

На Ближнем Востоке широко распространено убеждение, что Вашингтон всемогущ и при наличии надлежащей мотивации может заставить страны выполнять его приказы. По этой причине руководство сирийских курдов убеждено, что Вашингтон в состоянии остановить турецкие удары, если бы того захотел, но правительство США просто предпочитает этого не делать. Таким образом, вооруженные силы США сталкиваются с ситуацией, когда силы их партнеров подвергаются нападению, несмотря на присутствие в этом районе американских войск.

Эта реальность демонстрирует важность механизмов деконфликтации, которые уже задействовали Вашингтон и Анкара. Но это также ясно показывает, что эти механизмы не могут сделать ничего большего, чем обеспечить уведомление о воздушных операциях Турции в местах, где также присутствуют Соединенные Штаты. Действительно, инструменты, которые Вашингтон использует для прекращения конфликтов с Турцией, не препятствуют воздушным операциям Турции. В Сирии Соединенные Штаты уступили большую часть границы Турции, предоставив Анкаре четкую «коробку для устранения конфликтов», из которой можно летать и наносить удары в поддержку своих целей.

Усложняя ситуацию, Соединенные Штаты фактически поддерживают авиаудары Турции по целям РПК в Иракском Курдистане. Когда Вашингтон принял решение усилить поддержку сирийских курдов перед нападением на Ракку, он стремился преодолеть возражения Турции, оказав ей помощь в нанесении кинетических ударов в Ираке. Но даже если бы Вашингтон остановился, возможности Турции за последние годы значительно возросли. В частности, на Турцию в настоящее время приходится большая часть получаемых в этом районе разведданных.

Турецко-американская деконфликтация

Попросту говоря, у Соединенных Штатов нет истинного решения для этой новой реальности, и у них нет четкой политики в отношении ударов турецких беспилотников.

Исторически Соединенные Штаты и Турция сотрудничали в области воздушного наблюдения. Это сотрудничество было исполнено проблем и омрачено недоверием. Военно-воздушные силы Турции последовательно действовали на севере Ирака в течение почти трех десятилетий. У Соединенных Штатов и Турции по этому региону есть соглашение о деконфликтации, которым Вашингтон управляет в координации с иракским правительством.

Согласно моим интервью с американскими военными чиновниками, по северному Ираку проведена линия деконфликтации. Анкара контролирует районы к северу от этой линии. Соединенные Штаты контролируют юг. Зоны контроля разделены на блоки, называемые «клавиатурами» (keypads), которые соответствуют конкретному месту на карте, с механизмом предварительного уведомления для управления полетами внутри «клавиатур» к северу и югу от линии.

Перед большинством рейсов Анкара информирует Соединенные Штаты о том, куда она намерена направлять вылеты, вооружен ли вылет или нет, и планируется ли удар. Соединенные Штаты могут «не согласиться» с запланированными ударами, но Турция не обязана слушаться Вашингтона.

Параллельно Соединенные Штаты также выделили свои собственные средства наблюдения для оказания помощи Турции. Эта отношения в области разведки усилились во время гражданской войны в Сирии, особенно с 2017 года, когда Соединенные Штаты начали выделять больше витков беспилотников Reaper и позволять использовать полученные разведданные для нанесения смертоносных ударов. Однако официальные лица США, знакомые с этой программой, сказали мне, что турецкая сторона не желала делиться с Соединенными Штатами конфиденциальными данными о РПК и что Соединенные Штаты не делились всеми данными, необходимыми для проведения авиаударов.

Вместо этого Вашингтон делился координатами и информацией, которые позволили турецким беспилотникам подобраться очень близко к предполагаемым целям, где они могли бы затем нанести удар самостоятельно. Поэтому американские разведывательные средства не часто дают много информации, полезной для Анкары, но неоднократно приводили к ударам.

В любом случае, это сотрудничество, как сообщается, было прекращено после вторжения Турции в октябре 2019 года, завершив таким образом программу, которая началась в 2007 году и была расширена в период низшей точки в отношениях.

Распространив местные турецкие беспилотные летательные аппараты, Анкара увеличила свои возможности по достижению выделенных целей, что лишило США возможности оказывать какое-то принуждение по приостановке этой программы. Соединенные Штаты, согласно моим интервью, плохо понимают турецкую методику определения целей или то, как планируются или осуществляются удары. Несмотря на это, очевидно, что Анкара поражает больше целей, чем когда-либо прежде, и поражает больше важных целей и командиров РПК среднего звена по всему Ираку и Сирии.

Коробка Анкары по деконфликтации в Сирии

У Соединенных Штатов и Турции есть аналогичное соглашение по деконфликтации в Сирии. Турция теперь может свободно действовать на земле и в воздухе в пределах «коробки», простирающейся примерно на 20 километров вглубь сирийской территории вдоль границы между городами Тель-Афар и Тель-Абьяд. Соглашение по «коробке» Турции было достигнуто в результате эскалации действий Анкары и неоднократных угроз вторжения на территорию, удерживаемую Соединенными Штатами на северо-востоке Сирии.

В августе 2019 года турецкие угрозы стали более убедительными, что побудило США предпринять дипломатические усилия в попытке справиться с угрозой со стороны турецких вооруженных сил. Этот подход привел к созданию Объединенного центра совместных операций (Combined Joint Operations Center, CJOC), базирующегося в Шанлыурфе, Турция, где две страны координировали совместное наземное и вертолетное патрулирование.

Этот дипломатический подход позволил турецким ВВС пролетать над Сирией, что потребовало участия в порядке выполнения воздушных задач — механизме, используемом для контроля всех авиаударов коалиции и деятельности во время операции «Неотъемлемая решимость» (Operation Inherent Resolve). Первоначально это включало беспилотные платформы наблюдения, но с началом совместного наземного патрулирования стали включаться вооруженные турецкие истребители F-16, дежурившие для вызова со стороны войск в потенциальных контактных ситуациях.

Это соглашение не предотвратило турецкого вторжения. В октябре 2019 года турецкая армия оккупировала участок сирийской территории через границу. У турецких ВВС действительно есть возможность наносить удары по целям в Сирии из своего собственного воздушного пространства. Однако время подлета для большинства видов вооружений, которые Анкара использует для нанесения ударов внутри Сирии, составляет примерно от пяти до 10 минут с момента пуска до удара. Это означает, что быстродвижущиеся цели на самом деле не могут быть поражены с позиций внутри Турции, а это требует пролета для поражения движущихся целей. В результате Турция резко увеличила количество ударов беспилотниками в пределах своей «коробки». Однако за пределами этой области ситуация более хаотична.

Например, во время турецкого вторжения в октябре 2019 года пилоты ВВС, с которыми я беседовал, объяснили, как американские самолеты, турецкие беспилотники и российские самолеты действовали в непосредственной близости друг от друга без какой-либо координации или деконфликтации. Ситуация несколько стабилизировалась, потому что у Соединенных Штатов меньше воздушного присутствия в районах, контролируемых Турцией. Неясно, есть ли у России и Турции аналогичное соглашение о прекращении конфликтов, но неофициальные данные из Идлиба свидетельствуют о том, что обе стороны договорились не нападать напрямую на платформы друг друга.

Постоянный раздражитель

Турецкие удары по официальным лицам Сирийских Демократических Сил привели к массовым протестам и призывам к Вашингтону принять меры. Для Анкары, конечно, тот факт, что ее удары беспилотников разрушают американо-курдские связи, является чистым позитивом. Соединенные Штаты стремятся одновременно поддержать своего союзника по НАТО помощью в борьбе с терроризмом и сотрудничать с врагом Анкары, чтобы победить Исламское государство. Анкара возражает против этого соглашения, и ее кампания с применением беспилотников использует американскую непоследовательность на этом направлении.

Возможно, у Соединенных Штатов мало рычагов, чтобы остановить действия Турции, но политика раскола означает, что раскол наблюдается в Вашингтоне, и здесь две группировки не могут договориться о том, чтобы добиться деэскалации. Предоставление смертоносной поддержки, например, было направлено на то, чтобы успокоить турецкие опасения по поводу усиления Сирийских Демократических Сил. Вместо этого смертоносная поддержка косвенно помогла увеличить частоту ударов беспилотников, что приводит к ответным атакам курдов и продолжающемуся циклу насилия.

Идеальным выходом, конечно, является возвращение к мирным переговорам, но у Вашингтона мало хороших вариантов по оказанию давление на Турцию с тем, чтобы она вернулась к мирному процессу. Что еще более важно, политики в Турции не поддерживает такой шаг. До тех пор, пока эта политическая реальность не изменится, удары турецких беспилотников будут для интересов США постоянным раздражителем, с чем придется как-то справляться.


Автор: Аарон Стайн — Aaron Stein — директор по исследованиям в Институте исследований внешней политики (Foreign Policy Research Institute).

Перевод Сергея Духанова.

Источник публикации здесь.


* «Исламское государство» (ИГИЛ) — террористическая группировка, деятельность которой на территории России запрещена решением Верховного суда РФ от 29.12.2014 г.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх