Турецкий вызов

Турецкий вызов

С 2002 года у власти в Турции находится партия "Справедливость и развитие" под руководством Реджепа Тайипа Эрдогана, которая проводит политику, направленную на усиление международного авторитета страны, ликвидацию кемалистского наследия и усиление религиозной составляющей общества. Эксперты отмечают, что даже в случае смены власти в Анкаре в ближайшей перспективе реформы Эрдогана необратимы. По их мнению, реформы Ататюрка не выдержали проверки временем, и Турция возвращается к своим традиционным исламским ценностям. Сохранится и нынешний внешнеполитический курс страны.

В начале второго десятилетия XXI века Турция стала влиятельной региональной державой Ближнего Востока. В этой стране проживает 84 миллиона человек, что уступает только населению Египта. ВВП Турции достиг 744 миллиардов долларов (вторая экономика региона после Саудовской Аравии). Армия Турции является второй по численности армией НАТО после вооружённых сил США, а география страны обеспечивает турецкий контроль над стратегическими важными магистралями, соединяющими Европу и Азию. На территории Ирака, Сирии, Катара и Сомали созданы турецкие военные базы. В последние годы Турция построила мощный военно-морской флот, развивает индустрию высоких технологий и ядерную энергетику.

К 2023 году ВПК страны должен на 75% обеспечивать потребности армии и довести доходы от экспорта вооружений до 10,3 миллиарда долларов.  

С окончанием холодной войны Турция, ранее жёстко привязанная к западному блоку, получила свободу манёвра и приступила к реализации своих геополитических амбиций. Анкара активно позиционирует себя как лидера мусульманского мира. Страна стала активным участником "Организации исламского сотрудничества", а также инициировала создание "Исламской восьмёрки", блока индустриального развитых стран исламского мира, в который вошли Турция, Пакистан, Нигерия, Египет, Малайзия, Бангладеш, Иран и Индонезия. В союзе с Катаром турецкое руководство посредством финансовых влияний проводит политику "мягкой силы" в мусульманском мире, поддерживая образовательные проекты, общественные и политические движения, включая и те, что считаются на Западе "террористическими", подобно палестинскому движению ХАМАС. 

Возрождение Османской империи?

Ревизия Турцией своего мира в нынешнем миропорядке особенно заметна в отношениях этой страны с Соединёнными Штатами Америки. Долгие годы страны были близкими союзниками. Турецкие войска принимали участие в войнах, которые вели США в Корее, Косово и Афганистане. Но в последние годы между Анкарой и Вашингтоном наблюдается охлаждение. Вопреки политике НАТО, Турция закупила у России современные ракетные комплексы С-400, заняла контролируемую проамериканскими силами территорию в Сирийском Курдистане, а также активно контактирует с Китаем в рамках развития торговых коммуникаций между Европой и Азией.

Это вызвало негодование Белого дома. Бывший президент США Дональд Трамп публично грозил разрушить турецкую экономику, а нынешний президент Джо Байден официально признал геноцид армян в годы Первой мировой войны. Хотя в дальнейшем Байден уточнил, что речь идёт не о нынешней Турецкой Республике, а об Османской империи, руководство Турции расценило этот демарш как крайне недружественный шаг, который нанесёт долговременный вред турецко-американским отношениям. В то же время, по мнению ряда наблюдателей, давление на Анкару связано с намечающимся глобальным противостоянием между США и Китаем, в рамках которого Вашингтон намерен повсеместно препятствовать развитию контактов Пекина с третьими странами, требуя от последних безоговорочного признания своего доминирования.

Не менее драматично складываются отношения между Турцией и ЕС. Пожалуй, впервые со времён Османской империи, эпохи Сулеймана Великолепного, Европа стоит перед столь серьёзным вызовом, брошенным Анкарой на всех фронтах – экономическом, культурном, политическом и демографическом. За последние 20 лет Турция прошла путь от "вечного" кандидата в члены ЕС до геополитического соперника. 

Прежде всего Брюссель беспокоит конфликт между Турцией и двумя членами Евросоюза – Грецией и Кипром. В ноябре 2020 года турецкий президент Эрдоган посетил турецкую часть острова Кипр, где выразил поддержку проекту открытия пляжа в городе-призраке Вароша, оставленного греческим населением в 1974 году. В ответ Европейский парламент призвал прекратить подобные шаги и потребовал ввести санкции против Турции. Подобные демарши, естественно, не упрощают ситуацию накануне очередного раунда переговоров о будущем Кипра. 

В 2019 году Турция поставила под вопрос греческий суверенитет в Эгейском море, подписав договор с ливийским "Правительством национального согласия" при игнорировании прав Греции на разработку газовых месторождений. В 2020 году турецкие корабли вели разведку природного газа у берегов Кипра, а также у греческих островов, и ушли только после появления французских военных кораблей. В итоге возникло сразу два конфликта – Греция, Кипр, Израиль и Египет объединились, чтобы отстаивать свои интересы по разработкам газовых месторождений Восточного Cредиземноморья.

В то же самое время Франция выразила недовольство турецкими поставками оружия в Сирию и поддержала Грецию и Кипр. Париж также обеспокоен турецкой военной помощью Триполи, размещением в Ливии турецких войск и военной техники. Стоит напомнить, что Франция активно участвовала в свержении президента Муаммара Каддафи в 2011 году и воспринимает Ливию, подобно другим территориям в Северной Африке, зоной своего геополитического влияния. 

Крайне неоднозначными остаются и отношения между Анкарой и Тель-Авивом. Турция была одним из немногих мусульманских государств, поддерживающих экономические и политические связи с Израилем практически с момента его возникновения. В 1990-е годы эти государства связывали и теснейшие военные контакты. Но с приходом к власти Эрдогана в отношениях между двумя государствами возникла напряжённость, периодически приводившая к отзыву послов "для консультаций". Турецкий президент неоднократно высказывался в поддержку борьбы палестинского народа и крайне негативно отнёсся к претензиям Израиля на провозглашение Иерусалима столицей этой страны. Эрдоган напомнил, что в течение столетий священный город входил в состав Османской империи. С 2019 года Израиль начал добычу газа в Средиземном море, что подтолкнуло эту страну в антитурецкую "газовую коалицию" вместе с Египтом, Кипром и Грецией.

Возможные пути противодействия турецкой экспансии

Эксперты отмечают, что Турция имеет многочисленные противоречия с Россией и Ираном в Сирии и Закавказье, а также с Китаем по уйгурскому вопросу, но в отношениях с этими странами нет места резким взаимным заявлением и "языку ненависти", постоянно звучавшему в диалоге между Вашингтоном и Анкарой или Парижем и Анкарой.

Складывается впечатление, что намечается тенденция в направлении полного разрыва связей между Турцией и Западным блоком. Но ситуация не столь однозначна. Турция является важнейшим членом НАТО, и военные альянса не могут допустить выхода этой страны из блока. Турция крайне важна и для Израиля – через неё последний получает пресную воду и природный газ. Таким образом, на международной арене присутствуют влиятельные силы, которые готовы замолвить слово за Анкару и не допустить полного разрыва отношений. В этом плане отношения Турции с Западом очень напоминают отношения Турции с Россиией – они постоянно балансируют на грани разрыва из-за конфликта геополитических интересов, но каждый раз стороны находят общий язык, ощущая взаимозависимость.  

Следует отметить, что, несмотря на многовекторность и силу турецкого наступления, официальная Анкара избегает османистской риторики и дистанцируется от планов по восстановлению халифата. 

В этой ситуации израильские эксперты предлагают доктрину "сдерживания" Турции путём формирования военно-политических блоков, способных обуздать амбиции Анкары на стратегически важных направлениях. Профессор Эфраим Инбар и доктор Эран Лерман из Иерусалимского института стратегии безопасности полагают, что в эти блоки могут входить:

а) региональный блок: Греция – Израиль – Египет – ОАЭ;

б) страны Балкан, некогда входившие в Османскую империю и опасающиеся её возрождения: Румыния, Болгария, Сербия, Косово, Албания;

в) Россия, интересы которой вступают в противоречия с интересами Турции в Сирии и на Кавказе. 

В качестве дополнительных инструментов влияния израильские специалисты упоминают США и еврейскую общину в самой Турции.

Ещё одной потенциальной "ахиллесовой пятой" Турции может быть экономика. Широкая поддержка Эрдогана и его внешнеполитического курса связна с экономическим чудом последних двух десятилетий. Но начиная с 2019 года страна столкнулась с падением лиры, ростом внешнего долга и замедлением экономического роста. Эпидемия коронавируса ещё больше осложнила ситуацию в турецкой экономике из-за прекращения туристического потока. Здесь мы ещё раз напомним угрозу Трампа разрушить экономику Турции. Запад считает, что эта область должна быть в центре интеллектуальных усилий по сдерживанию Анкары.  

Хотя военная конфронтация с Анкарой представляется израильтянам опасной и нежелательной, они считают возможным в некоторых случаях применить силу. Примером подобной ситуации они считают конфликт вокруг флотилии мира и корабля "Мари Мармара" в 2010 году. Так, Израиль готов применять оружие и против союзников Турции.

Материал об истинном смысле происходящего за пределами нашей страны предоставлен Аналитической группой Катехон.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх