БАЗА 211- ВОЕННАЯ ИСТОРИЯ

73 385 подписчиков

Свежие комментарии

  • jursemmailru Пенхасов ЮС
    Много и «красиво» расписано… Ну, не всем уже высокосидящим хватает в бюджетной кормушке разворовывать и раздаривать н...«ЕдРо» предложило...
  • Владимир Eвтеев
    По тебе как раз это говно.6 млн на «хлебуше...
  • Наталья Серикова
    Полностью согласна с автором!!!6 млн на «хлебуше...

Полуночный мир: о чем Карабахская война сказала Донбассу

Полуночный мир: о чем Карабахская война сказала Донбассу

Все сорок три дня, пока оборонялась республика Арцах, за ситуацией на армяно-азербайджанском фронте следили не только представители двух противоборствующих народов и публика, подсаженная электронными медиа на дистанционный адреналин. С тревогой к ней присматривались и жители других непризнанных образований постсоветского пространства — Южной Осетии, Приднестровья, Донбасса. Те, кто не мог не примерять историю Карабаха на себя.


В Донецке это проскакивало даже в разговорах, вроде бы непосредственно не относящихся к теме. Люди, обсуждая свои дела и перспективы, походя сообщали: «Я-то намерен остаться здесь до конца», «У меня здесь могилы родителей, куда я от них?». Точнее всего вопрос, пульсирующий в головах, сформулировала одна моя местная знакомая: «Глядя на них, мы не можем не думать о том, как поступят с нами».

Вечером 9 ноября, когда Баку сообщил о контроле над ключевым городом Шуши, а вскоре стало известно, что вдалеке от мест боев сбит российский вертолет, соцсети взорвались форменной истерикой. Патриотические телеграм-каналы успели не только виртуально «наказать» Азербайджан, но и, дай волю, объявили бы войну Турции. Обнародованное после полуночи трехстороннее соглашение между Азербайджаном, Арменией и Россией о прекращении огня и введении российского миротворческого контингента подожгло уже Ереван.

На главной площади армянской столицы собралась разгневанная публика. Под сообщением премьер-министра Армении Никола Пашиняна о заключении трудного мира в первые же часы соотечественники оставили десятки тысяч возмущенных комментариев. Уже после, фактически, поражения, оказалось, что армяне всех стран собираются воевать до победного конца.


Между тем Арцах как тридцать лет существовал, так и пал в непризнанном той же Арменией статусе. Да и позиция армянского правительства в ходе конфликта скорее напоминала режим «громкого ожидания» — когда при всем драматизме заявлений реальных действий как-то не просматривается.


Мои коллеги, работавшие в Арцахе, рассказывали о людях, готовых защищать свою землю, что бы ни случилось. О юношах, не достигших и двадцати — на передовой, о молодых девушках и пожилых женщинах и мужчинах, которые отказывались покинуть свои дома в Карабахе. Некоторые из этих домов теперь — на территории, подконтрольной Азербайджану. А люди — кто знает, что с ними стало?


Их голоса не были слышны на центральной площади Еревана после того, как пробил «полуночный мир».


Что-то подсказывает, что массово требовали отставки Пашиняна и продолжения войны в основном те же люди, кто два года назад жег здесь российские флаги и кто привел к власти нынешнее правительство.

Есть дурная закономерность в том, что креативные бунты не голодных, скорее чем-то обиженных людей происходят в европейски ориентированных столицах, а по счетам за них платят, как правило, пророссийски ориентированные регионы или окраины — как древний Карабах, который долгое время был форпостом Российской империи в Закавказье и где люди до сих пор массово говорят по-русски. С этой точки зрения — и только с этой, Россия, как бывшая метрополия, действительно несет свою долю ответственности за трагедию. «Ты навсегда в ответе за всех, кого приручил», — как говорил Лис у Антуана де Сент-Экзюпери.

 

Факт возникновения этой ответственности обусловлен, впрочем, вовсе не нынешними имперскими комплексами Российской Федерации — как бы кому-то ни хотелось, государство РФ не очень-то рвется на роль «жандарма постсоветского пространства» — случай Карабаха тому пример. Скорее участие России в разрешении подобных конфликтов является вынужденной необходимостью. Но если в ситуации с Карабахом такая позиция, при всем нечеловеческом прагматизме большой политики, выглядит оправданной ответственностью прежде всего перед собственными гражданами, то в истории с теми же республиками Донбасса наша власть и наше общество находятся не столько в положении внешнего арбитра, сколько в «армянской» позиции формального недеяния. В ходе ток-шоу на федеральных телеканалах активно обсуждается политика и идеология Украины, меж тем реальное положение дел в республиках Донбасса, от гражданской жизни до вопросов обороноспособности, вытеснено в слепую зону медиасферы.

 

Полуночный мир: о чем Карабахская война сказала Донбассу

 

Украинский режим, как к нему ни относись, не позволяет себе подобной расслабленности — помимо постепенного укрепления армии и милитаристской риторики, по-прежнему выступающей ключевой «скрепой» украинского общества, в Раде сейчас рассматриваются дополнения в закон об СБУ, которые при переводе этого ведомства на особый режим позволят помещать граждан России на территории Украины в лагеря интернированных. Полагаю, эта интересная инициатива касается прежде всего жителей Донбасса, получивших российские паспорта в упрощенном порядке, на сегодняшний день — более трехсот тысяч человек. Фактически, мы видим подготовку Украины к боевым действиям не только в области военной практики, но и в правовом поле.

 

Все мы помним начало конфликта на Донбассе, девятый вал патриотической риторики. Что же сейчас? Война идет седьмой год, никуда она не делась, а вот целый ряд людей, что призывали тогда примкнуть штыки — о ней и не вспоминают вовсе. «А в окопе на Донбассе сидит пацан…» — пели когда-то Рич, Бранимир и Захар Прилепин. Так вот, он до сих пор там сидит.

 

И отвечать за наш общий «патриотический каминг-аут» будет тоже он и такие как он, а вовсе не московские колумнисты — так же как трагедия Арцаха коснулась в основном тех, кто там живет, а не ереванской публики.

 

Один из таких бойцов недавно заметил в частном разговоре, что если в случае украинского наступления они с товарищами продержатся до того, как подует «Северный ветер», как здесь иносказательно называют возможную активизацию России, он будет считать свою личную миссию выполненной. «Полуночный мир» и российские миротворцы в Карабахе, с одной стороны, дали некий сигнал о том, что Северный ветер в подобных случаях поднимается. Пусть и, для многих — слишком поздно.

 

И как трудно не думать о людях Арцаха, погибших или изгнанных из домов во многом благодаря пассивности и недоговороспособности Еревана, так совершенно невозможно не думать о людях Донбасса, без малого семь лет живущих, фактически, на вулкане той же самой «непризнанности». Живущих надеждой даже не на «имперского арбитра», но на страну, за неразрывную связь с которой они когда-то и выступили, которую они небезосновательно считают своей Родиной.


Наталия Курчатова

 

Обращаем ваше внимание что следующие экстремистские и террористические организации, запрещены в Российской Федерации: «Свидетели Иеговы», Национал-Большевистская партия, «Правый сектор», «Украинская повстанческая армия» (УПА), «Исламское государство» (ИГ, ИГИЛ, ДАИШ), «Джабхат Фатх аш-Шам», «Джабхат ан-Нусра», «Аль-Каида», «УНА-УНСО», «Талибан», «Меджлис крымско-татарского народа», «Мизантропик Дивижн», «Братство» Корчинского, «Тризуб им. Степана Бандеры», «Организация украинских националистов» (ОУН).

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх