Свежие комментарии

  • Малик Гумеров
    Если в головах пусто --- значит овечки , а овечек всегда и во все времена только пасут и стригут ! ......Как Горбачев с Ел...
  • Рамиль Абдуллин
    Да ты Зюзя, туп и глуп.Пересохло в горле...
  • Рамиль Абдуллин
    Да у нас не просто бандеровцы, а фашисты которые благополучно уничтожают наше население. За наше российское настоящее...Соучастник бойни ...

Три статьи о российском газе

Решение России по «Южному потоку» – часть большой геополитической игры
 
Три статьи о российском газеВсего неделя прошла с момента отказа России от строительства «Южного потока», а все больше стран Европы выражают надежду на его возобновление. Таким образом, Путин принудил европейские национальные элиты настаивать на продолжении работ, которые были заблокированы наднациональными, атлантическими силами. 

В пользу строительства газопровода высказываются уже не только страны – участники проекта, но и флагман Евросоюза – Германия. Во вторник немецкий министр экономики и энергетики Зигмар Габриэль заявил, что этот проект важен для Южной Европы и он надеется, что еще можно будет вернуться к переговорам. 

А по итогам встречи министров энергетики восьми стран ЕС – участниц «Южного потока» и вовсе было заявлено, что Евросоюз считает объявление России об отказе от проекта «неофициальным». Во вторник же стало известно, что последствия отказа России от «Южного потока» будут обсуждаться на саммите Евросоюза 18–19 декабря, ведь, как сказал источник ТАСС в ЕС, «постройка энергетической инфраструктуры требует крупных инвестиций» и нужно изучить альтернативные проекты. 

«Если Европа не хочет его реализовывать, значит, тогда он не будет реализован», – так Путин объяснил свое решение об отказе России от планов строительства «Южного потока».
Объявляя об этом 1 декабря во время визита в Анкару, Путин сообщил о планах перенаправления энергетических ресурсов в другие регионы мира – и, в частности, в саму Турцию, которая после реконструкции идущего к ней из России «Голубого потока» превращается в важного игрока на европейском газовом рынке. 


Решение Путина нужно рассматривать в логике большой геополитической игры. После того как США начали политику блокады России и развязали против нас экономическую войну, все действия Москвы направлены на достижение максимальной независимости от стран Запада. Свобода рук нужна России как для выстраивания Евразийского союза, так и для конструирования нового миропорядка, в котором Запад превратится из хозяина казино в простого участника игры. 

Это долгий процесс, и для успеха в нем мало выстраивать правильные комбинации и коалиции из стран, заинтересованных в смене правил игры, нужно еще и укреплять собственную самодостаточность. Для этого нужно модернизировать экономику, сделав ее менее зависимой от импорта (в первую очередь, конечно же, промышленного и станкостроительного), обезопасить собственную финансовую систему и диверсифицировать экспорт сырья, то есть не попадать в зависимость от одного крупного покупателя энергоресурсов. Тем более если этот покупатель не имеет геополитической субъектности – как нынешний Европейский союз, являющийся формой контроля атлантических элит над европейскими – и даже выступает на стороне силы, пытающейся обрушить Россию, то есть США. 

Штаты всеми силами пытаются затащить Европу в трансатлантическое партнерство, то есть дополнить свой геополитический и военный контроль созданием единого рынка, и хотя, скорее всего, у них это не получится, не принимать во внимание вероятность образования такого союза Россия просто не может. 

Одно дело выстраивать новую мировую архитектуру против англосаксонского проекта, лишь частично контролирующего Европейский союз, и совсем другое – вести борьбу с объединенным Западом. И если в первом случае можно делать ставку на углубление противоречий и даже разрыв между двумя частями Запада, ликвидируя связи с США и сохраняя их с Европой, то во втором нужно минимизировать зависимость России как от англосаксов, так и от европейцев. Не ликвидировать, а минимизировать на время холодной и экономической войны. 

До 2014 года Путин выстраивал отношения с Европой в расчете на ее будущее освобождение от англосаксонского диктата – и эта линия не прекращается полностью. Просто она принимает другую форму – наступает время четкой демонстрации того, что Россия обойдется и без европейцев. Это грубая по форме, но достаточно хитрая комбинация, которая одновременно работает как на первый, так и на второй варианты. Односторонний отказ России от проекта или заставит европейцев настоять на его возобновлении, или же принудит их смириться с тем, что по вине США они лишились выгодного для них проекта. 

В первом случае европейские правительства и бизнес будут вынуждены выступить в качестве активных лоббистов проекта, вступив в противоборство как с США, так и со структурами собственного Европейского союза, чьи чиновники занимают гораздо более проатлантическую позицию, чем национальные элиты. 

По сути Путин стравливает национальную и европейскую бюрократию, усугубляя тем самым противоречия между национальными и атлантическими элитами. Кроме того, выступая за возобновление проекта, Европа продемонстрирует, что ей он нужен не меньше, чем России, то есть сделает явный шаг в сторону сохранения связей, обрушение которых является одной из главных целей Вашингтона на этой стадии конфликта. И тогда Россия сможет и передумать, то есть вернуться к переговорам. 

Во втором случае у европейских национальных элит не хватит сил и желания отстаивать «Южный поток», и они забудут про него, продемонстрировав этим свою солидарность с курсом США на изоляцию России. Но при этом не только национальные политические элиты, но и бизнес стран, участвовавших в проекте, очень хорошо запомнит, кто именно лишил их газопровода и прибылей от его эксплуатации – США и европейские атлантисты. 

Европейский бизнес будет размышлять приблизительно таким образом. Россия, которую англосаксонские силы все время обвиняли в использовании газа как оружия в геополитической борьбе, была готова к совместным проектам с нами. Но Вашингтон и Брюссель из англосаксонских геополитических соображений заставили нас отказаться от выгодного бизнеса: вот главный осадок, который останется у европейских хозяев «больших денег». Упущенная выгода – такое не забывается. То есть отказ Европы от газопровода все равно сработает на осложнение отношений европейцев и американцев, национального бизнеса и наднациональных структур – просто на следующей стадии российско-западного противостояния. 

Не хотите газопровод в Южную Европу – как хотите, отвечает Москва. Только не думайте, что мы и дальше будем поставлять вам газ через Украину и таким образом поддерживать само существование этого государства. Мы и Украину лишим возможности зарабатывать, и газ не пропадет. Не в Китай уйдет – мы его в Турцию направим, это же ваш давний кандидат на евроинтеграцию, вот и забирайте теперь через него голубое топливо. 

Развернув трубу в сторону Турции, Россия предлагает европейцам покупать газ на входе в ЕС – построив со временем хаб на турецко-греческой границе. Таким образом, сохраняется и возможность российско-европейского газового альянса, и усиливаются российско-турецкие связи. А Турция, формально принадлежащая к западному блоку (только через членство в НАТО, где она все-таки занимает особую позицию), получает дополнительные возможности как в своих отношениях с Европой (имеющих более чем полутысячелетнюю и очень непростую историю), так и в своих геополитических маневрах. 

В большой евразийской игре Россия демонстрирует способность привлечь на свою сторону большую часть своих соседей на юге и востоке (Турция, Иран, Китай, Корея – даже проатлантическая Япония стремится занять нейтральную позицию, чтобы сохранить возможность совместных экономических проектов с Россией). Западным соседям, считающим, что на них сошелся клином белый свет, стоит чаще смотреть на карту России – это помогает вернуться к реальности. 

http://politobzor.net/show-38645-reshenie-rossii-po-yuzhnomu...

В ТЕМУ:

Не до жиру
 
Не до жиру
Россия не будет строить «Южный поток». Какие проекты могут быть закрыты завтра? 

Сенсацией прошлой недели стало заявление Владимира Путина о закрытии проекта строительства газопровода в Европу «Южный поток». Президент России объявил об этом в Анкаре после встречи с турецким лидером Реджепом Тайипом Эрдоганом. 

Теперь на смену «Южному потоку» придёт «Голубой поток» – этот проект Россия будет реализовывать вместе с Турцией, за что та получит 6-процентную скидку на газ, объёмы голубого топлива и, возможно, газовый хаб на границе с Грецией для потребителей в Южной Европе. Ситуация с «Южным потоком» подтвердила: время долгосрочных планов прошло. Сейчас никто не знает, как поведёт себя рубль, скоро ли встретятся в свои 60 баррель и евро, какие ещё санкции для РФ придумает Запад, не отвернутся ли от нас наши союзники под давлением антироссийских сил. Жертвами этой неопределённости становятся крупные проекты, реализация которых рассчитывалась на годы вперёд. С какими перспективами России пришлось попрощаться, какие программы на очереди для отправки в корзину, разбиралась «Наша Версия». 

Переориентация газового потока с «южного» на «голубой» сразу же стала поводом для споров: осталась ли Россия в убытке или может теперь рассчитывать на новые прибыли? И кто кого «нагнул» – Путин Европу или наоборот? 

Причины, по которым было решено остановить «Южный поток», озвучил сам президент России: «Позиция Еврокомиссии была неконструктивной. Мы видим, что создаются препятствия. Если Европа не хочет его реализовывать, тогда он не будет реализован. Мы перенацелим наши потоки на другие регионы мира, в том числе с помощью продвижения и ускоренной реализации проектов по СПГ. Европа не получит этих объёмов, по крайней мере из России. Мы считаем, что это не соответствует экономическим интересам Европы и наносит ущерб нашему сотрудничеству. Но таков выбор наших европейских друзей. Здесь ничего такого нет, они, в конце концов, покупатели». 

Официальным камнем преткновения стала Болгария, так и не предоставившая разрешение на строительство на своей территории. Ещё в октябре Болгария, до того времени поддерживавшая идею строительства газопровода, отказалась давать разрешение на возобновление строительства «Южного потока», пока проект не будет полностью соответствовать законодательству ЕС. 

«Начать стройку у моря, подойти к болгарскому берегу и остановиться просто нелепо. Если Болгария лишена возможности вести себя как суверенное государство, пускай потребует от Еврокомиссии деньги за упущенную выгоду», – посоветовал Путин. 

Впрочем, Еврокомиссия уже заявила устами своего пресс-секретаря по энергетическим вопросам Анны-Кайзер Итконен, что не видит оснований для выплаты Софии компенсации, которая оценивается в 400 млн евро в год. Теперь болгарская пресса на все лады «кошмарит» премьер-министра Бойко Борисова, пророча, что он запомнится в веках «как профукавший «Южный поток» для Болгарии». 


Если друг отказался вдруг 

Выгодно ли для России сотрудничество с Турцией? А почему нет? Страны являются давними торговыми партнёрами. Даже сейчас, несмотря на неблагоприятную экономическую конъюнктуру, товарооборот растёт. Идут разговоры о возможности создания зоны свободной торговли. Да и с политической точки зрения Турция зарекомендовала себя как надёжный партнёр России. Президент страны Реджеп Эрдоган, несмотря на её членство в НАТО и ассоциированное членство в ЕС, отказался от сотрудничества с США по поводу создания некоего альянса Украины и Турции против России. Кажется, что санкции только укрепили дружбу двух стран, невзирая на то, что наши позиции по Сирии диаметрально противоположны. Эрдоган считает Башара Асада нелегитимным правителем, который пришёл к власти недемократичным путём, Россия же поддерживает сирийского лидера. Впрочем, президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский не считает такое расхождение проблемой: «Что с этим делать? Расслабиться и получать удовольствие. Мы высказали друг другу свои позиции – ну и замечательно. Почему у нас должна быть одна позиция по всем вопросам?» 

И всё же в мире геополитики дружба – понятие зыбкое. «Мы попробовали вести газ через Белоруссию – Белоруссия начала выпендриваться. Поссорились с Белоруссией, перешли на Украину. Потом она начала выпендриваться, – напоминает заместитель директора Центра правовых и экономических исследований Высшей школы экономики Михаил Субботин. – Попробовали через Европу – Европа обиделась. Где гарантия, что Турция не обидится? «Южный поток» с самого начала был политическим проектом. У нас говорят, что проклятые европейцы придумывают нам козни, например придумали строить газопровод «Набукко». Наш ответ им – «Южный поток». Плюс другая задача – проучить Украину». 

Глава Минэнерго Александр Новак назвал и другую причину остановки «Южного потока». Это «третий энергопакет» ЕС, в который «упёрся» газопровод. Он предусматривает отделение контроля над трубопроводами от поставщиков энергоносителей. Россия оспаривала это требование, поскольку оно было принято уже после основных решений по «Южному потоку». Была надежда на компромисс, но она пропала после возникновения политической напряжённости между Россией и Евросоюзом. «Третий энергопакет» или санкции? Это разные вещи, – отмечает Михаил Субботин. – Третий энергопакет – это «Газпром-монополист», санкции – это «Россия-агрессор». С чем бороться будем, что лечить?». 

Тем не менее своевременная переориентация на Турцию означает для России сохранение экспортных рынков, хотя и с некоторыми оговорками в виде отсутствия прямых поставок. Европа же из-за отказа России от «Южного потока» теряет возможность взаимодействия с основным поставщиком напрямую, увеличиваются транзитные риски. 

Между тем нельзя упускать из виду вот что: за последние три года «Газпром» потратил на строительство «Южного потока» 4,66 млрд долларов. Это половина суммы инвестиций, которую компания запланировала вложить в проект. А общая стоимость газопровода должна составить более 23,5 млрд долларов. 

А есть ещё упущенная выгода. К примеру, в Ростовской области уже сетуют: из-за отказа от строительства «Южного потока» регион теряет более 130 млрд рублей. Именно столько «Газпром» собирался инвестировать здесь в реализацию проекта «Южный коридор». По территории региона должен был пройти участок газопровода протяжённостью 626 километров, для этого на Дону уже успели построить два крупных объекта: компрессорные станции Шахтинская мощностью 125 МВт и Сальская – на 64 МВт. Что теперь будет с ними, пока непонятно. 


Космические перспективы под угрозой 

Можно сказать, что России повезло найти нового партнёра для строительства газопровода. А что происходит с другими проектами, реализация которых оказалась под угрозой из-за политической и экономической турбулентности? 

Колебания курсов валют и неопределённость с поставками комплектующих для космических аппаратов уже вынудили Роскосмос отложить воплощение некоторых своих планов, поскольку большая часть деталей для российских спутников по-прежнему импортируется и оплачивается валютой. Прогнозировать же её курс в нынешних условиях совершенно невозможно, особенно если речь идёт о проектах, рассчитанных на десятилетия. 

Один из таких отложенных проектов – орбитальная система связи «Гонец». Есть два альтернативных варианта перспективного облика космического аппарата «Гонец», но оба предусматривают примерно 90% импортных комплектующих. 

Ещё более ощутима зависимость российских производителей от западных поставщиков в области микроэлектроники. Чтобы понять это, не стоит устремляться в космические дали. Возьмём хотя бы тот же YotaPhone, который сейчас широко пиарится как пример импортозамещения и «истинно российский телефон», замена iPhone для настоящих патриотов. «Текущая модель YotaPhone собирается в Юго-Восточной Азии, и ни одной российской детали в нём нет, – пишет в своём блоге известный интернет-деятель Антон Носик. – «Процессор – калифорнийский Qualcomm® Snapdragon™ 800 2.2, экран – самсунговский Amoled, тачскрин использует технологию Gorilla Glass 3 от американской компании Corning Inc., операционная система – гугловский Android KitKat 4.4. Компания-разработчик хоть и возникла изначально на базе российского «Скартела», основную массу рабочих мест создаёт за пределами РФ: её штат на 70% состоит из иностранцев, включая и живущего в Канаде с 2000 года отца-основателя, и 15 специалистов из тамошнего BlackBerry». 

И это только часть общей картины. Минувшим летом Минпромторг сделал заявление: доля импорта в некоторых стратегических отраслях России превышает 80%. Это, по словам замглавы ведомства Сергея Цыба, создаёт потенциальную угрозу как национальной безопасности, так и конкурентоспособности российской экономики в целом. Минпромторг оценил ситуацию и пришёл к выводу, что при реализации политики импортозамещения к 2020 году можно рассчитывать на снижение импортозависимости в наиболее критичных отраслях с 70–90 до 50–60%. 

«Правительство переживает: как же так, мы оказались не готовы, зависимы от западных комплектующих, опыта и так далее. Это неправильный подход, – убеждён Михаил Субботин. – Вопрос в том, что мы начали встраиваться в международное разделение труда, мировые технологические цепочки. Вместо того чтобы обсуждать, как выйти из-под санкций, мы обсуждаем, как нам ещё больше замкнуться в себе. Многие в руководстве страны исходили из того, что санкции вводились временно и ненадолго, и скоро всё вернётся на круги своя, и с нами снова будут сотрудничать. Но свято место пусто не бывает. Если наши бывшие партнёры переключились на другие рынки, снова повернуться к нам им будет очень трудно. Буквально каждый день санкций выкидывает нас из международного разделения труда». 

Перечисляя закрытые проекты, нельзя не вспомнить, как летом американская нефтяная компания Exxon Mobil из-за санкций была вынуждена свернуть девять из десяти совместных проектов с «Роснефтью». Французский Total скорее всего тоже откажется от участия в новых проектах, таких как «Ямал СПГ». «Но тут есть хитрость. То, что может казаться санкциями, не всегда ими является, – отмечает Михаил Субботин. – Когда закрываются проекты на шельфе – это вопрос отсутствия у России технологий бурения или вопрос снижения цен на нефть, при котором эти проекты стали нерентабельными?» Возможно, санкции спасают Россию от провала, позволяют сохранить хорошую мину при плохих ценах на нефть. 


Сэкономим на раке и безопасности полётов 

Тем временем целый ряд программ сворачивается просто из-за необходимости потуже затянуть пояса. В ноябре Минздрав РФ принял решение не продлевать Национальную онкологическую программу. Она реализовывалась с 2009 по 2014 год, и за это время на борьбу с раком было потрачено 47 млрд рублей. Медики оценивали программу как успешную, говорили, что её необходимо развивать. Чиновники же выдвигали контраргумент: на закупленной суперсовременной технике, оказалось, некому работать – в стране не хватает лучевых терапевтов. Вместо того чтобы повышать уровень квалификации и создавать стимулы для работы в этой сфере, правительство предпочло свернуть программу. С 2015 года Минздрав РФ переводит систему здравоохранения на самофинансирование, а это означает, что расходы на лечение раковых больных лягут на систему ОМС и самих пациентов – ведь страховка не покроет лечение онкобольных, где стоимость одного курса может достигать 1,5 млн рублей. Представители министерства рапортуют, что развивают систему информирования о необходимости профилактики онкологических заболеваний. Вот только что делать тем, кто уже заболел? 

Недавно министр экономического развития Алексей Улюкаев на заседании правительства перечислил ряд федеральных целевых программ, которые могут попасть под сокращение. Среди них – программа по повышению устойчивости жилых домов в сейсмических районах. Программа «Жилище» заканчивается в 2015 году и вряд ли будет продлена, хотя назвать её «реализованной» весьма трудно. 

Также глава Минэкономразвития сообщил, что межведомственная комиссия внесла предложения по прекращению деятельности трёх ФЦП: «Научные и научно-педагогические кадры инновационной России», «Обеспечение безопасности полётов воздушных судов государственной авиации РФ в 2011–2015 годах» и «Снижение рисков и смягчение последствий чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера в РФ до 2015 года». 

Ещё обсуждается идея сэкономить на туризме. В Думе лежит законопроект о сокращении финансирования ФЦП по развитию внутреннего и въездного туризма: к 2018 году его хотят сократить в 2,5 раза – с 339 до 132 млрд рублей. 

А вот сокращение объёма вводимых дорог в этот невесёлый перечень не входит. Но не из-за любви к дорогам: просто власти планировали такое сокращение ещё год назад, до санкций. В октябре прошлого года глава Росавтодора Роман Старовойт сообщил, что из-за сокращения расходов план по строительству дорог в РФ на 2016 год будет выполнен только на 70%. Как следует из законопроекта о бюджете на 2014 год и плановые 2015–2016 годы, подготовленного Минфином, расходы на развитие транспорта в РФ в 2014–2016 годах сократятся на 23 млрд рублей – до 1,161 трлн рублей. 


Сергей Пикин, директор Фонда энергетического развития: 

– По последним подсчётам «Газпрома», издержки на «Южный поток» должны были составить около 25 млрд евро. И, конечно, от такой стоимости его рентабельность всё падала и падала. А новый трубопровод должен быть значительно дешевле. Соответственно и с экономической точки зрения он будет лучше. Говорить о развороте в Турцию неправильно. Мы и так хотели идти в ту сторону и говорили о том, что хотим расширять «Голубой поток», но это не разворот, а просто продолжение проекта. «Южный поток» мы закрыли, потому что перспектив в нынешней политической ситуации у него просто нет. Благодаря санкциям «Южный поток» просто отменили, потому что в нынешней ситуации «Газпром» должен найти деньги для «Силы Сибири» и развивать месторождения для «Силы Сибири», к тому же «Газпрому» нужно развивать другие свои проекты. И, кроме того, изыскивать ещё 25 млрд евро, причём в очень небольшой перспективе, при том что европейский рынок становится для нас всё более и более непонятен. 


Фёдор Лукьянов, главный редактор журнала «Россия в глобальной политике», глава Совета по внешней и оборонной политике: 

– «Южный поток» как проект трубопровода действительно закрыт. И Россия больше в нём не заинтересована. И если вдруг Евросоюз сейчас по каким-то причинам изменит точку зрения, снимет санкции, то Россия всё равно больше к нему не вернётся. Во-первых, с российской стороны этот проект всегда был больше политическим, чем экономическим. Со стороны Евросоюза энтузиазма никогда не было, всегда опасались, что это как-то связано с политикой и попытками упрочить зависимость, а не с коммерческими делами. Сейчас ситуация иная, чем полгода-год назад. Проект очень дорогой, денег на него нет. 

Необходимости пробиваться на европейский рынок, который настолько отбивается от нас, тоже нет, учитывая, что происходит явный поворот в сторону Азии. Всё сошлось, и все в каком-то смысле будут довольны, кроме Сербии и некоторых других стран. Они жертвы обстоятельств, тут ничего не сделаешь. 

Три статьи о российском газе

В ТЕМУ:

Три статьи о российском газе

СЛАНЦЕВЫЙ БУМ В США ЗАДОХНЕТСЯ В ТЕЧЕНИЕ 2 МЕСЯЦЕВ

Представители стран, входящих в ОПЕК, на встрече 27 ноября решили не снижать квоту на добычу нефти до июня 2015 г.


Однако резко возросшая волатильность и обвал цен на рынке нефти крайне негативно сказались на финансовом положении ряда членов ОПЕК, которые теперь вынуждены решать проблему увеличившегося бюджетного дефицита. Однако в куда более тяжелом положении окажутся виновники обвала на нефтяном рынке - компании, разрабатывающие сланцевые месторождения.

Как считает ветеран нефтяного рынка Пол Хорнснелл, который занимает пост главы отдела аналитики товарных рынков британского банка Standard Chartered, такое решение ОПЕК ознаменовало завершение четырехлетнего периода стабильности на нефтяном рынке.

"ОПЕК добровольно отказалась от роли стабилизатора цен на нефть, по крайней мере временно. Рынок по умолчанию взял на себя эту роль", - отмечае Хорнснелл.

В то же время он отмечает, что для нефтяной промышленности, для которой характерен долгий период отдачи от инвестиций и чувствительность к геополитической ситуации, перспектива рыночного формирования цен смотрится неутешительно.

Три статьи о российском газе
Глава отдела аналитики товарных рынков британского банка Standard Chartered Пол Хорнснелл

"За последние 150 лет рынок нефти довольно часто переживал резкие подъемы и обвалы, которые становились причиной сжатия инвестиций и формировали почву для нового бума, когда спрос на нефть возрастал.

Текущая ситуация практически ничем не отличается от предыдущих циклов, за исключением появления технологии гидроразрыва пласта и ростом добычи сланцевой нефти в США. Сланцевый бум произошел, в тот момент когда цены на нефть превышали $100 за баррель, поэтому сложно сказать, как будут себя чувствовать компании, разрабатывающие сланцевые месторождения, при низких ценах на нефть.

Добыча сланцевой нефти гораздо более похожа на обычный производственный процесс, чем разработка традиционных месторождений. Необходим денежный поток для быстрого запуска разработки сланцевого месторождения, не менее стремительно процесс останавливается. Скважины истощаются довольно быстро, поэтому необходимо постоянно бурить новые скважины, чтобы компенсировать сокращение добычи в старых.

До сих пор данной индустрии удавалось идти в ногу со временем и наращивать производство. Тем не менее подобная гонка создала условия, когда для поддержания текущего положения компаниям нужен высокий уровень доходов. Снижение денежного потока и ужесточение условий кредитования, скорее всего, негативно скажутся на компаниях, разрабатывающих сланцевые месторождения, поскольку они будут вынуждены снижать количество вводимых в эксплуатацию новых скважин.

Мы ожидаем, что в течение двух ближайших месяцев темпы бурения значительно сократятся. В I квартале 2015 года цены на нефть будут у минимальных значений, в результате в США остановится рост объемов добываемой нефти".

Спасти сланцевую революцию и энергетическое изобилие в США могут только рост спроса на нефть и одновременное повышение цен, а для этого мировая экономика должна чувствовать себя значительно лучше, чем сейчас.

Вполне возможно, что в среднесрочной перспективе так и будет, вот только этих лет у американских сланцевых проектов просто нет.

http://aftershock.su/?q=node/273761

Картина дня

наверх