Свежие комментарии

  • Alex Немо
    Ну насчет нависшей национализацией вы погорячились конечно, но в целом ваш подход мне безусловно нравится. Вы знаете ...Александр Роджерс...
  • Люба Постникова
    Давно пора эту кучку закопать в ямку, только не при этой власти! Она эту кучку насыпала, т будет ее защищать до после...500 нуворишей зах...
  • Лада Мира
    Так в чем конкретно договорились ?В ЖЕНЕВЕ БАЙДЕН П...

История не бывает альтернативной. Как и национальная идея

История не бывает альтернативной. Как и национальная идея

Как же долго я ждал, пока государство соизволит вспомнить о чести и достоинстве своих защитников. Вспомнит о стариках, которые когда-то ценой своего здоровья, а иногда и жизни защитили его от страшного врага. Вспомнит о ребятах, которые гонялись за террористами на Кавказе и их чести.

Смотрел фильм «Сволочи» и понимал, что только что вместе со мной из зала кинотеатра вышел ещё один (а может, и не один) будущий преступник, убежденный, что уголовники тоже внесли вклад в Победу. Читал в новостях выступление очередного прибалтийского или польского политика о зверствах советских солдат в их странах и понимал, что только что в полку либералов-западников прибыло.

Смотрел по телевизору, как очередная стайка подростков жарит на Вечном огне сосиски в полной уверенности, что ничего плохого в этом нет. А подвиг тех, ради кого этот Вечный огонь зажжен, всего лишь коммунистическая пропаганда. Я смотрел фильм о том, как в блокадном Ленинграде кто-то жрал от пуза, праздновал дни рождения и прочее, и понимал, что это плевок к душу всем ленинградцам. И тем, кто пережил или не пережил блокаду, и тем, кто живет уже в Петербурге, и тем, кто будет жить в этом городе потом, после нас…

На моей памяти сделали монстрами войска НКВД и всех, кто носил эту форму.
При этом как-то позабыв о том, что большинство самых известных партизанских отрядов были как раз частями НКВД. Забыли, что «СМЕРШ» был создан на базе Управления особых отделов НКВД, а одна из его частей, наряду со СМЕРШами МО и ВМФ, так и оставалась в подчинении Берии.

На моей памяти сделали трусами политруков. Подленькими такими человечками, которые только и делали, что выявляли тех, кто вражеские разговоры ведет, и гнали солдат в атаку, а сами сидели в блиндажах. Сделали уже тогда, когда стало известно о том, кто изображен на знаменитой фотографии «Комбат». Уже тогда, когда в мемуарах множества участников войны о политруках было написано как о тех, кто первым шел в атаку, кто своим примером поднимал бойцов…

Много было сделано подлого на моей памяти. Долго живу, много видел и вижу. И вот, наконец, дождался от своих избранников поступка. 5 мая глава думского комитета по культуре Елена Ямпольская, первый вице-спикер Госдумы Александр Жуков и сенатор Алексей Пушков внесли в Госдуму законопроект о запрете публично отождествлять цели и действия СССР и нацистской Германии во Второй мировой войне.

Наше прошлое – это наше будущее


Память необходимо защищать. Защищать уже потому, что наше прошлое и есть корень нашего будущего. Из прошлого вырастает настоящее и будущее. На примере сопредельного, когда-то братского, государства уже сегодня мы видим, как быстро меняется настоящее, стоит чуть изменить прошлое. Как меняются судьбы людей, как люди быстро отрекаются от своих стариков, как отрекаются от собственной страны.

То, о чем писали многие фантасты, о существовании параллельных миров, мы увидели воочию. Земля та же, города те же, люди вроде те же, а мир совсем не тот, к которому мы привыкли. Люди не те. Государство не то. И уже мало кто вспоминает о недавнем братстве народов.

«Запрещается в публичном выступлении, в публично демонстрирующемся произведении, средствах массовой информации либо с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, включая сеть интернет, отождествление целей, решений и действий руководства СССР, командования, военнослужащих СССР с целями, решениями и действиями руководства нацистской Германии, командования, военнослужащих нацистской Германии и стран «оси» <...> а также отрицание решающей роли советского народа в разгроме нацистской Германии и гуманитарной миссии СССР при освобождении стран Европы»,

– говорится в тексте документа. Поправки предложено внести в закон «Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов».

Даже то, что наши избранники так натужно реагировали на прямое поручение президента Путина, которое было озвучено на заседании Совета при президенте РФ по культуре и искусству 27 октября 2020 года, как-то забывается. Понимание той подковерной борьбы, того давления, что испытывали авторы поправок к закону есть, а вот обиды нет. Проект закона уже есть!

В интервью ИА REGNUM Александр Жуков и Алексей Пушков очень хорошо высказались о современной ситуации:

«В последнее время в средствах массовой информации, в том числе, к сожалению, российских, регулярно публикуются и передаются в эфир бездоказательные обобщающие уничижительные высказывания, отождествляющие цели, решения и действия во время Великой Отечественной войны руководства, командования и военнослужащих СССР с целями, решениями и действиями руководства, командования и военнослужащих нацистской Германии».

Если говорить прямо, возникает простой вопрос, на который очень важно получить ответ уже сегодня. Чтобы понять, как действовать в скором будущем. Кто виноват в том, что разработка поправок заняла так много времени? Подчеркну, поправок к закону «Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов».

Законы, требующие огромных финансовых вложений и меняющие жизнь в целых регионах, разрабатываются и принимаются быстрее. А поправки, не требующие никаких вложений, поправки, о необходимости которых говорило и писало немало людей на протяжении многих лет, разрабатывались полгода... Кому эти поправки поперек горла встают?..

Зашевелились альтернативные россияне


Я ждал. Ждал того, кто же начнет борьбу за «правду войны», за альтернативную точку зрения на историю, за возможность закидывать дерьмом память предков, историю нашего государства, за западный подход к истории как к науке, почему-то культивируемый только в России и бывших республиках СССР. И дождался». «Ъ»! В смысле «Коммерсантъ» со статьей Марии Макутиной «Незваный историк хуже карателя».

«Власть, по сути, провозглашает монополию на историческую правду и запрещает любые публичные дискуссии по спорным вопросам 1930–1940 годов – например, критику действий НКВД, полагает старший партнер проекта «Агоры» (Минюстом была включена в реестр иностранных агентов) «Сетевые свободы» Станислав Селезнев. Он напоминает, что архивные документы о деятельности КПСС частично засекречены, и опасается, что вкупе с новой нормой Конституции о защите исторической правды эти поправки приведут к преследованию за рассуждения».

Хороший отрывок из опубликованного? История, оказывается, не факты, основанные на исторических документах, а рассуждения. История – это не то, что произошло на самом деле, а то, о чем мы договорились в ходе публичной дискуссии. Нет, дискутировать по историческим вопросам надо. Просто потому, что множество людей работают в архивах, изучают какие-то другие источники. Вполне допускаю, что один документ может в корне изменить всю концепцию.

Только где дискутировать и с кем? На научных диспутах, где тебе противостоят специалисты, знакомые с теми документами, которые ты используешь для обоснования своей точки зрения? Да. На научных конференциях с участием самых уважаемых и знающих историков? Да. А в школе, где сидят 10–16 летние дети, у которых ещё нет собственного мнения, и они впитывают все, что говорит учитель, что написано в интернете, что увидено в кинотеатре? Нет.

Мы столько копий сломали, рассуждая о национальной идее, об идеологии государства, в воспитании молодежи. Как вы думаете, почему молодежь «не такая, какими были мы в их возрасте»? Почему наши юноши и девушки не понимают многого из того, что говорят о той же Великой Отечественной войне?

Да просто потому, что в школе, в колледже, в университете изучают разную историю. Ту самую альтернативную историю, о необходимости которой ратует «Ъ». Уверен, большинство из читателей не раз слышали от молодых людей страшную фразу: «А я не пойду воевать, если начнется война! Я не пойду воевать за олигархов! Пусть сами и воюют!»

И это не поза. Это точка зрения. Это реальные настроения молодых. Не всех, но достаточно большой части. Им непонятно, почему даже репрессированные рвались на фронт. Почему наши прославленные маршалы и генералы в значительной части своей прошли через сталинские лагеря. Почему они, вообще, пошли воевать «за Сталина»? Ведь не логичнее ли было бы поступить так, как поступил генерал Власов и ему подобные?

Слова о том, что люди воевали не за Сталина или Жукова, не за советскую власть или коммунистическое будущее, а за свой дом, за свою деревню или город, за свою семью, наконец, им непонятны. Учитель и учебник истории им внушали другие ценности. Они помнят о голодоморе, о репрессиях, о миллионах погибших от рук ЧК и НКВД. Они помнят о «ненависти народа к коммунистам».

Меня, к примеру, всегда поражают споры по, казалось бы, такому простому пункту, как вопрос о том, с какими лозунгами солдаты шли в атаку. Вспомните, сколько раз вы читали комментарии от достаточно образованных людей, которые напрочь отметали лозунг «За Родину! За Сталина!». Вспомните кадры кинохроники с похорон Сталина. Эти заплаканные лица. Этот неподдельный траур. Это не игра и не выполнение решения партсобрания. Ведь было!

«Авторы предложили запретить отождествлять в публичных выступлениях, СМИ и интернете «цели, решения и действия» советских руководителей и военных с «целями, решениями и действиями» нацистов, «которые были установлены приговором Международного военного трибунала».

Нельзя будет отрицать и «решающую роль советского народа в разгроме нацистской Германии и гуманитарной миссии Союза ССР при освобождении стран Европы».
И это цитата из статьи.

Альтернативные историки вот так вот, просто, походя, причислили моего погибшего деда и бабушку, дедов и прадедов большинства читателей к фашистам. Тех, кто избавил мир от коричневой чумы, можно называть фашистами. Просто потому, что выполняли приказы фашистов из «советских руководителей и военных».

Ой, как хочется всем тем, кто лизал все места Гитлеру во время Второй мировой войны, чтобы об этом забыли. А тех, кто действительно победил фашизм, смешали с грязью. Выставили захватчиками, оккупантами, насильниками и убийцами. И опять вернусь к сопредельному государству. Ведь там получается. И день Победы утилизировать получается, и карателей героизировать получается, и превратить народ-победитель в народ-терпилу получается.

«По мнению господина Будницкого, авторами предложены слишком общие формулировки, что может привести к их расширительному толкованию вплоть, например, до запрета романа Василия Гроссмана «Жизнь и судьба», персонажи которого проводят параллели между нацистским и сталинским режимами».

Какая забота о культурном наследии прошлого? Никто запрещать книги не будет. Просто потому, что это художественная литература, а не исторический документ. Читать такие книги полезно. Но уже с устоявшимся отношением к прошлому. Истина всегда посередине. И ищет её человек сам.

Жду, когда поправки вступят в силу


Я часто вспоминаю один разговор, который был в моем детстве. Тогда ещё те, кто ломал хребет фашизму, были сильными 50-ти летними мужиками. И иногда, мы, мальчишки, слушали их разговоры под фронтовые 100 граммов о той поре. Разговор шел о штрафных ротах. И вдруг сосед, грудь которого украшало несколько боевых медалей, сказал, что он и есть тот самый штрафник! И первую «ЗБЗ» получил именно в штрафной роте.

Мы уже тогда знали о репрессиях в первые дни и месяцы войны и ждали рассказа о том, как такого героя какой-то особист отправил в штрафную за антисоветские разговоры или немецкую листовку. Но…

«Да за уголовку меня отправили в штрафную. Я на фронт в конце 42-го попал. В пехоту. Как-то увидел у знакомого солдата новые сапоги и захотелось мне сменить свою разбитую обувку на эти самые сапоги. Только не хотел он меняться. Вот и пришлось мне у повара стянуть мешок макарон. Короче, быстро меня нашли и в трибунал. Дали три месяца штрафной. Только я всего две недели там провоевал.
Стояли мы тогда на каком-то болоте. Винтовки и два пулемета на роту. Солдаты как солдаты, только погоны отобрали. Надо было немцев с островка сбить. Сидят там, как короли, а мы в болотине чавкаем сапогами. Да ещё и пара танков у них там. Отправил меня командир разобраться с танком. Гранаты две дал. Ползи и рвани. Пополз, рванул. Только не добросил до танка. Пришлось в воронку скатиться и сидеть, пока фриц поливал из пулеметов.
А неподалеку оказалась наша артиллерийская позиция. Сорокопятка там стояла. Не такая, как в кино, а длинноносая. Из новых. А вокруг мужики лежали. Удачно немец попал. Короче, через час-полтора немецкий танк решил пострелять по нашим позициям и вылез прямо на тот бугорок, куда был направлен ствол пушки. Я и стрельнул. Танк горит, наши орут, немцы пуляют.
А ночью, когда к своим приполз, наш старлей уже бумагу мне зачитал. Судимость снята. Направляется в соседнюю часть для дальнейшего прохождения...».

Рассказ я вспомнил. Может, что-то уже и подзабыл. Но как мне относиться к тому, что не было в этом рассказе ни обиды на командиров и особистов, ни героизма какого-то? Даже то, как получилось подбить этот танк, рассказано с юмором. Повезло, что пушка оказалась заряженной. Повезло, что танк сам выполз под прицел. Повезло и все. А медаль уже потом за этот бой солдат получил.

Война – дело грязное, кровавое. И случается на войне всякое. И люди воюют разные. Хорошие и плохие, злые и добрые, смелые и трусоватые. Я не зря вспомнил этот разговор. Можно рассказать так, как это бывший штрафник дядя Ваня, или так, как показывают в кино «Штрафбат».

Можно рассказать о том, как подвиг бывает неожиданным, что солдат относится к подвигу, как к обыденной военной работе. А можно рассказать о том, как несчастных штрафников бросили в болото и заставили выбивать немцев с укрепленных и оборудованных позиций без поддержки всей авиации и артиллерии.

И про заградотряд можно рассказать. Дядя Ваня над ними смеялся. Голодали там бойцы. Повара штрафников побаивались, а тех нет. Вот и кормили так, что на передке голодных не было, а заграду то, что оставалось, доставалось. Даже подкидывали туда продукты у немцев захваченные. И обиды у него никакой на них не было. Случалось, трусили и штрафники. Отступали. Вот тут-то и поливали над головами «Максимы» заградотряда. И иногда вместе в одних окопах оказывались бойцы.

Принятие поправок к закону «Об увековечении Победы советского народа в Великой Отечественной войне 1941–1945 годов» – это не только защита памяти победителей фашизма. Это ещё и задел для будущего. Это и есть формулирование той самой национальной идеи. Это и есть формирование психологии победителей, психологии патриотов Родины. Не власти, а именно Родины, именно России.

Мы сегодня видим, как Запад формирует идеологию уничтожения нашей страны как таковой. Не победы над Россией, а уничтожения России. Так что, нам необходимо отвечать тем же. Во все времена русские побеждали именно потому, что были объединены общей идеей, одной целью. Мы всегда были кулаком, а не ладонью.

Кулак всегда бьёт больнее ладошки. Удар кулаком отрезвляет больше, чем пощечина...
Автор:
Александр Ставер
Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх