Свежие комментарии

  • Юрий Кушнарев
    Всё правильно. Д.Б.Очень кратко о ни...
  • Владимр Семкин
    Автор не держи нас за лапшу, кто будкт строить олигарх или миссионер шойгу со стройбатом, или гастробайтеры или китай...Новое освоение Си...
  • Konstantin Петров
    ВОЗ это внеправительственная контора, живущая на деньги спонсоров. А кто платит, того и облизываютМир Хаксли станов...

СКАЗКА О ПРИНЦЕ ЗАКОНЧИЛАСЬ АДОМ: У РУССКОЙ МАТЕРИ ОТБИРАЮТ СЫНА, ЧТОБЫ ВЕРНУТЬ ФРАНЦУЗУ-АЛКОГОЛИКУ

Сказка о принце закончилась адом: У русской матери отбирают сына, чтобы вернуть французу-алкоголикуФОТО: PHEELINGS MEDIA/SHUTTERSTOCK

Суды в России обязали жительницу Екатеринбурга вернуть ребёнка отцу-иностранцу.

В Екатеринбурге разыскивают 10-летнего Антона Поля Дюмона. Родная мать прячет мальчика от отца-француза. Суды решили, что мальчик должен жить с пьющим отцом, лишившимся работы.

Европейская мечта

История знакомства Татьяны Ожигановой и Жана-Кристофа Дюмона начиналась, как у многих женщин, мечтавших выйти замуж за иностранца и перебраться в старушку Европу. Жан-Кристоф работал на руководящей должности в ветеринарной лаборатории и приехал в Екатеринбург в командировку. С Татьяной познакомился в ресторане.

Мы обменялись контактами, а после его отъезда переписывались ещё два-три месяца и общались по скайпу. Потом он снова приехал ко мне, я познакомила его с родителями, а потом он свозил меня во Францию и представил семье,

– рассказывала Ожиганова на судебном заседании три года назад.

Пара поженилась в 2010 году. Супруги поселились в коммуне в 90 км от Парижа. В 2011 году у них родился сын Антон. Жан-Кристоф сказал жене: занимайся воспитанием, а работать буду я. Татьяна и не думала спорить.

Антону было три года, когда у Жана-Кристофа возникли проблемы с работой.

Он стал злоупотреблять алкоголем.

По словам Татьяны, супруг и раньше был вспыльчивым, а после того, как горько запил, вспышки агрессии стали регулярными. Татьяна встала на биржу труда, но без знания языка она оказалась никому не нужна.

Мы жили в разных комнатах, потому что мужа всё раздражало. Я просила его сходить к семейному психологу, а он говорил, что ему никто не нужен. Даже мы с ребёнком,

– вспоминает Татьяна.

Она свободно ездила в Россию к родственникам. Вернувшись из очередной поездки, услышала от супруга, что он хочет развестись, так как больше не в состоянии обеспечивать семью. Он требовал, чтобы женщина возвращалась в Россию вместе с сыном. К тому времени гражданство Франции Татьяна так и не получила: дело вновь упиралось в знание языка и сбор пакета документов. Выходя замуж, подписала контракт, по которому не имеет никаких имущественных требований к супругу в случае развода. На этом настоял французский свёкр, объясняя, что у Жана-Кристофа много кредитов. Не хочет же Татьяна в случае развода платить по долгам, которые тоже станут общими. В итоге за восемь лет брака она не могла претендовать ни на какое совместно нажитое имущество.

Супруги решили, что Татьяна и Антон уедут летом 2018 года. Она купила билеты на отложенные в семейном бюджете деньги, собрала вещи, забрала ребёнка из школы, приехала в аэропорт. Оттуда они ещё раз позвонили папе и полетели в Россию.

Развод по полной

Ещё несколько дней после прибытия Татьяны в Екатеринбург супруги общались в скайпе как ни в чём не бывало. А потом от общих знакомых Татьяна узнала, что уже 18 мая муж написал заявление о похищении его сына.

Первым делом она позвонила супругу. Тот сначала всё отрицал, а потом признался, что подал на развод и обратился в полицию из соображений юридической безопасности: а вдруг с Антоном в России что-нибудь случится?

Позднее адвокат разъяснит Татьяне, что по французским законам, если супруг первым подаёт на развод, то он обязан выплатить жене отступные. А если он это делает после того, как супруга совершила какое-то правонарушение, то ничего ей платить не придётся.

https://vk.com/video-75679763_456258641

Во Франции похищение ребёнка собственным родителем считается преступлением и преследуется в уголовном порядке. Местные органы опеки также могут подать иск о возбуждении уголовного дела с требованием возврата ребёнка в "страну его привычного проживания".

Жан-Кристоф нанял адвокатов и подал иск, который по очереди удовлетворили Железнодорожный суд Екатеринбурга, Свердловский областной суд и Седьмой кассационный суд общей юрисдикции. Чтобы не отдавать сына отцу, которому тот на самом деле не нужен, Татьяна спрятала мальчика. И это пошло вразрез с российским законодательством.

Просим граждан помочь в розыске несовершеннолетнего Дюмона Антона Поля. По имеющейся информации, разыскиваемый ребёнок в настоящее время может проживать с матерью, Ожигановой Татьяной Валентиновной,

– такая ориентировка висит на сайте судебных приставов по Свердловской области.

Татьяна сдаваться не собирается:

Я не лишена родительских прав, почему у меня отбирают ребёнка? Суд не учёл мнение сына о том, что он не желает жить с папой. Также не приняли во внимание ни заключение психолога, ни вывод уполномоченного по правам ребёнка в Свердловской области, где говорится, что Антону будет лучше со мной. К тому же сын плохо говорит по-французски и в случае переезда ему придется долго адаптироваться и идти уже не в третий, а заново в первый класс, 

– объясняет Ожиганова.

Юрист, представляющий её интересы, полагает, что одной из предпосылок этой ситуации стало незнание французских законов.

С Татьяной мы прошли апелляцию и кассацию, включая Верховный суд – везде отказы,

– сообщил адвокат Ожигановой Евгений Тарасов корреспонденту Царьграда.

"Чтобы минимизировать риски развития ситуации, которая произошла с Татьяной и её французским супругом, можно родить ребёнка не за рубежом, а в России. Здесь же оформить документы, поставить ребёнка на регистрационный учёт, может быть, немного пожить в своей стране. А потом, уехав за границу к супругу, всё же приезжать в Россию, чтобы были факты и свидетельства, что ребёнок живёт и там, и здесь. Чтобы ребёнок знал русских родственников – все эти факты впоследствии могут юридически помочь.

Ещё один более-менее надёжный способ – это заключение неких соглашений, которые будут регулировать условия проживания и воспитания ребёнка. Но до заключения брака, а тем более рождения ребёнка, такие документы юридически заверены быть не могут. Тем более, это психологически тяжело для новой семьи – тут же договариваться о том, что в случае развода один родитель не будет иметь на ребёнка никаких прав. Однако такие соглашения заключать можно после рождения ребёнка: установить государство, в котором он будет проживать постоянно, указать родителя, который возьмет ребёнка к себе в случае развода. Но опять же здесь, во-первых, нужно получить стопроцентное согласие супруга или отца ребёнка, если брак не зарегистрирован. А во-вторых, даже такие соглашения не отменяют полностью риск, что впоследствии иностранный отец заявит о похищении ребёнка.

Перед вступлением в брак женщина также может проверить, входит ли государство, в которое она собирается переезжать, в число участников Гаагской конвенции о гражданско-правовых аспектах международного похищения детей (на основании этого документа, в котором говорится, что при решении семейных споров приоритет ребёнка отдается той стране, где он больше жил и освоился, наши суды принимают решение отдавать детей от русских матерей отцам-иностранцам. – Ред.). И если страна не входит в эту конвенцию, то покинуть его и вернуться в Россию с ребёнком будет проще.

https://vk.com/video-75679763_456258429

Если происходят нестандартные ситуации, если женщина понимает, что что-то идёт не так, нужно обязательно фиксировать все обстоятельства и обращаться в правоохранительные органы (той страны, куда её увёз жить муж. – Ред.).

Ещё находясь в чужой стране, нужно добиваться письменного соглашения супруга на определение, с кем живёт ребёнок. Возможно, даже придётся доказывать свой переезд с ребёнком в суде. Но в этом мало перспективы: государство будет пытаться сохранить текущее место жительства ребёнка в привычных для него условиях и не допускать переезда без особых обстоятельств", – говорит Тарасов.

Русский суд на чужой стороне

Юрист объясняет, что в случае Ожигановой суд принял во внимание и другие факторы. Так, например, Татьяна пять лет состояла на бирже труда во Франции, но работу не нашла. Суд делает из этого вывод: мама обеспечить себя не может, что уж говорить про ребёнка. По словам адвоката, с такой проблемой сталкиваются многие русские женщины, выходящие замуж за иностранцев. Обычно на чужой стороне у них нет ни гражданства, ни образования, ни работы, ни вида на жительство.

Это дело сложное. Ребёнок был перемещён из другого государства, поэтому суд имеет правовое основание этот вопрос рассматривать принципиально. Но таких дел в России мало, практики недостаточно. Много обстоятельств, поэтому легко запутаться и неправильно применить норму права ко всем участникам процесса,

– заявил адвокат Евгений Тарасов.

Защитник Жана-Кристофа Дюмона не комментирует ситуацию, ссылаясь на то, что личную проблему семьи не нужно выносить на обсуждение.

P. S. Царьград продолжит следить за развитием этой ситуации.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх