Свежие комментарии

  • Сергей Зюкин
    А дать людям достойную жизнь в достатке и спокойствии наши властолюбцы пробовали? Даже в зоопарке животные при недост...ТЕРЯЕМ ПО ГОРОДУ ...
  • Konstantin Петров
    Здорово! А Россия что получила?"ПУТИН ПОЛУЧИЛ ОТ...
  • Иван Иваныч Иванов
    В Казахстане, в одном из поселений в степи прячется некий бандеровец голубиной ориентации мЫкола кривенКО. Вот этот х...ТЕРЯЕМ ПО ГОРОДУ ...

Давосская видеоречь Путина, акценты

Давосская видеоречь Путина, акценты

 Владимир Путин выступил на сессии онлайн-форума «Давосская повестка дня 2021», организованного Всемирным экономическим форумом. Эту речь считают программной и в ней действительно много смыслов, но вот трактовки у них могут быть совершенно разные. Дело в том, что в риторике президента явно проглядывались отсылы к задачам глобалистов, которые как раз и собрались на ВЭФ в виртуальном Давосе. Это позволила многим аналитикам сказать, что он полностью встроен в глобальный мировой процесс. Однако есть и другое мнение. Как старый чекист, он использовал риторику противника, чтобы решать свои задачи, позволяющие России идти в сторону глобального мира «своей колеёй».

Слово президенту России предоставил лично организатор и “лицо” ВЭФ Клаусс Шваб., который почти официально олицетворяет глобалистов в XXI веке. Он считает, что пандемия COVID-19 сформировала в мире «новое окно возможностей для перехода от эпохи конфронтации к эпохе сотрудничества». Понятно, что речь идет именно об окне Овертона социальных рейтингов и трансформирования суверенных государств, а отнюдь не «мира в котором будет мир». Шваба, кстати, особо порадовала беседа Путина с Байденом, который как раз является нынешним лицом глобалистом в Америке.

Кстати, сам Путин в своих первых словах подтвердил свое знакомство со Швабом с 1992 года, когда нынешний президент России начал посещать ВЭФ еще с Собчаком и это знак. Кстати, замечание Шваба об этом пресс-служба Кремля почему-то упустила, была оставлена только реплика самого президента России.

Второй знак, который сразу бросается в глаза – Путин говорит о трудностях прошлого года в “пандемию”. Для него это совсем не характерно, ведь для «внутреннего употребления» он всегда использовал термин “эпидемия” в любом своем выступлении. Третье, что важно во вступлении – Путин подтвердил наличие «глубинных перемен, которые происходят на планете», и заключаются в «коренных трансформациях в глобальной экономике, политике, социальной жизни, технологиях». Кстати, именно “пандемия” короновируса «подстегнула, ускорила структурные изменения, предпосылки для которых уже были достаточно давно сформированы». Но с другой стороны «существуют риски дальнейшего нарастания противоречий» практически во всех сферах. Со слов Путина, еще до пандемии таких противоречий накопилось слишком много. Это «резкая поляризация общественных взглядов, провоцирующие рост популизма, правого и левого радикализма, других крайностей, обострение и ожесточение внутриполитических процессов», а также происходящее «ослабление международных институтов, множатся региональные конфликты, деградирует и система глобальной безопасности». Не сказано, но становится понятным, что именно COVID-19 обеспечил лечение этих проблем методом замещения. Он был нужен миру, и он пришел, а теперь играет роль всемирного уравнителя.

Договор СНВ-3 который должен быть подготовлен по данным американской стороны уже к 5 февраля, Путин характеризует как преграду развязывания третьей мировой: «Тем не менее противоречия закручиваются, что называется, по спирали. Как известно неспособность и неготовность разрешать подобные проблемы по существу в ХХ веке обернулись катастрофой Второй мировой войны». Эти слова закованы в рамку прямо противоположного тезиса «сейчас такой глобальный «горячий» конфликт, надеюсь, в принципе невозможен, очень на это надеюсь, он означал бы конец цивилизации». Как говорил классик: «Ни мира, ни войны, армию…» что? Распустить же нельзя, ведь «есть вероятность столкнуться с настоящим срывом в мировом развитии, чреватым борьбой всех против всех, с попытками разрешить назревшие противоречия через поиск “внутренних” и “внешних” врагов, с разрушением не только таких традиционных ценностей (мы в России дорожим этим), как семья, но и базовых свобод, включая право выбора и неприкосновенность частной жизни». Т.е. наступающий «новый дивный мир» неоконов-глобалистов вероятен и с ним придется столкнуться. Тут хочется спросить нашего президента, а разве всё то, что он перечислил, уже не происходит в нашей стране под давлением «партии ковида», смотрящей за Россией от пока несуществующего на бумаге мирового правительства или ему просто забыли об этом доложить?..

Вот еще одна оценка: «Социальный и ценностный кризис уже оборачивается негативными демографическими последствиями, из-за которых человечество рискует потерять целые цивилизационные и культурные материки». Тут походу имеется в виду Сибирь, которую мы должны потерять как раз по плану западных партнеров до 2035 года.

Но самое удивительное это вывод из приведенных антитез. Путин говорит: «Наша общая ответственность сегодня заключается в том, чтобы избежать такой перспективы, похожей на мрачную антиутопию, обеспечить развитие по иной, позитивной, гармоничной и созидательной траектории». Судя по российским национальным проектам, это должна обеспечить волшебная палочка ООН – устойчивое развитие до 2030 года. Но ведь она как раз придумана теми, кто ввергает мир в «мрачную антиутопию» имени Оруэлла.

Далее Путин дает оценку современным мировым вызовам, иногда повторяя акценты, сделанные во вступительном слове. Заглавным вызовом им называется «социально-экономический». По мнению Путина, за последние 40 лет наблюдался устойчивый экономический рост: «Глобализация и внутренний рост привели к мощному подъёму в развивающихся странах». То есть получается, что Россия, как развивающаяся на самом деле страна, все это время двигалась в рамках проекта глобализации под чутким руководством либеральной команды, которая с 1990 года как держала в руках нашу экономику, так не отпускает ее до сих пор. Но президент Путин идет дальше и задает сам себе провокационный вопрос: «Каков был характер такого глобального роста, кто получил от этого основную выгоду?». На самом деле ответ на него известен: главные выгодополучатели это транснациональные инвестиционные фонды, которые раскидывали деньги между транснациональными компаниями, держателями акций которых они же и являются. Но у Путина параллельный взгляд на эту мировую обыденность: «Безусловно, как уже сказал, во многом выиграли развивающиеся страны, которые использовали растущий спрос на свои традиционные и даже новые товары», однако и правду умолчать невозможно, он добавляет – «глобализация привела к значительному увеличению прибыли крупных транснациональных, прежде всего американских и европейских компаний», при этом доходы достались одному проценту населения. Тут правда непонятно, как транснациональная компания может принадлежать какой то стране, разве что по принципу регистрации. Но на самом деле они все зарегистрированы в оффшорах. А еще оказывается, что это «экономическое счастье» происходило на фоне растущего разрыва в доходах граждан всех стран. Этот момент наш президент почему-то иллюстрирует данными Всемирного банка, который является основным инструментом глобализации и лишения стран их суверенности.

Хочется остановиться еще на одной оценке, которая неизвестно откуда, возможно по велению референтуры, попала в речь Путина. Она касается здоровья и образования: «За последние 30 лет в ряде развитых стран доходы более половины граждан в реальном выражении стагнировали, не росли. А вот стоимость услуг образования, здравоохранения увеличилась. И знаете, в какую величину? Втрое». Для понимания: базовая медицина и образование, в том числе высшее, для резидентов развитых стран давно бесплатны. Плата выросла только для нерезидентов, которые видимо и жалуются своему президенту на дорогущие западные услуги для их чад. И ещё, по словам Путина, в последний доковидный год перекосы в мировой экономике были следствием «Вашингтонского консенсуса», «когда приоритет отдаётся росту экономики на базе частного долга в условиях дерегулирования и низких налогов на богатых и корпорации». Непонятно, но здорово: причина заглавного вызова современности определена. Но это только подводка к мысли, что придуманная и реализованная глобалистами «пандемия коронавируса только обострила эти проблемы», в том числе и потерю работы 500 млн человек этим летом. Это уже полное двоемыслие людей, помогающих Путину рисовать свою картину мира, ведь именно этими словами можно оправдать любые локауты, вводимые в экономике исключительно по политическим причинам.

По мнению Владимира Путина, восстановление мировых экономик идет медленно из-за того, что ресурс механизмов стимулирующей макроэкономической политики уже исчерпан. Он находит подтверждение этому «неголословному заявлению» в данных Международного валютного фонда (МВФ) – еще одного конструкта глобальной Big Money: «Уровень совокупного долга государственного и частного сектора вплотную приблизился к отметке в 200 процентов глобального ВВП, а в отдельных экономиках он превысил 300 процентов национального ВВП». При этом ключевые ставки в развитых странах находятся на нулевом уровне, а в «ключевых развивающихся - на исторически минимальных». Кстати, это еще одно подтверждения, к какому классу стран, по мнению нашего президента, относится Россия – стоит только вспомнить “ненулевую”, в 4,25% ( а еще недавно - еще более высокую) ставку ЦБ Набиуллиной . Так вот, оказывается, что основным механизмом стимулирования раньше являлось «наращивание частного кредитования», а оно при таких ставках не работает, ведь со слов Путина «так называемое количественное смягчение, которое только повышает, раздувает “пузырь” стоимости финансовых активов ведёт к дальнейшему расслоению в обществе». Хочется спросить у его помощников по экономике: где логика? Хотя она в существующей парадигме российской экономики всё-таки присутствует, но в странном виде. Если бы реальный сектор получал бы кредиты под проценты, сравнимые со ставкой рефинансирования, проблем бы у нашей экономики не было. Однако существует реальная схема, которая как раз и обеспечивает расслоение в обществе. ЦБ выдает кредит банку под низкую ставку. Банк накручивает на нее больше чем вес и передает некому региональному или отраслевому оператору. Тот, в свою очередь, добавляет свои проценты при раздаче оконечному потребителю кредита из реального сектора. Вот мы и получаем, что кредитование не работает – слишком много посредников сидит на кредитах ЦБ. Получается, что Путин действительно всё про российскую экономику знает, и правдиво о ней говорит. Да, она, хромая, косая, но исконно и “посконно” российская.

Владимир Владимирович не оставляет страну в этом тупике. Он знает, что выход есть: «Действительно, последние 20 лет заложили фундамент для так называемой четвёртой промышленной революции, которая основана на повсеместном применении искусственного интеллекта, автоматизированных и роботизированных решений. Пандемия коронавируса значительно ускорила такие разработки и их внедрение». Стоит обратить внимание на приведенную дату – это время присоединения России к программе ООН по устойчивому развитию – еще один сигнал слушателям. Кстати, и термин “четвертая промышленная революция” полностью совпадает с названием книги Клауса Шваба, написанной в 2016 году. В ней он, в частности, выводит правила экономики «нового дивного мира» глобалистов. Шваб пишет о том, что человечество стоит на пороге кардинальных перемен. Развитие технологий приведет к революционным изменениям в общественной жизни, экономике, науке и государственном устройстве. Будет развиваться “инклюзивный капитализм”, основанный на четвертой промышленной революции. В ее ходе изменится восприятие человеком самого себя. В новую эпоху цифровые технологии проникнут во все сферы жизни, а люди «станут общаться новыми способами». Мало того, мысль про “инклюзивный капитализм” Шваб продолжает в прошлогоднем труде «Ковид-19: Великая перезагрузка»: «Мир больше не будет прежним, капитализм примет иную форму, у нас появятся совершенно новые виды собственности, помимо частной и государственной. Крупнейшие транснациональные компании возьмут на себя больше социальной ответственности, они будут активнее участвовать в общественной жизни и нести ответственность ради общего блага».

Путин согласен со своим давним знакомым в тренде усиления корпораций, но считает его вторым главным вызовом: «Все более значимую роль в жизни общества стали играть современные технологические и прежде всего цифровые гиганты. Сейчас об этом много говорят, особенно применительно к событиям, которые в Штатах происходили в предвыборной кампании. И это уже не просто какие-то экономические гиганты, по отдельным направлениям они де-факто конкурируют с государствами». Однако находит возможность задать правильный вопрос сообществу глобалистов, собравшемуся в Давосе: «Насколько такой монополизм соответствует именно общественным интересам? Где грань между успешным глобальным бизнесом, востребованными услугами и сервисами, консолидацией больших данных и попытками грубо, по своему усмотрению управлять обществом, подменять легитимные демократические институты?» Если бы президент России не сказал этого, будущее страны было бы печальным. А так сохраняется надежда на «свою колею России» среди дорог, ведущих к глобальному обществу.

Третий основной вызов будущего десятилетия, Владимир Путин называет «явной угрозой», и определяет его так: «Это дальнейшее обострение всего комплекса международных проблем. Ведь нерешенные и нарастающие внутренние социально-экономические проблемы могут подталкивать к поиску того, на кого можно все свалить, обвинить во всех бедах и перенаправить раздражение и недовольство своих граждан». Такая дефиниция - завуалированная констатация будущей роли России в мировом сообществе. В силу того, что наша страна не располагает, и не будет располагать сопоставимой экономикой, ей при переходе к “инклюзивному капитализму” предназначена роль “козла отпущения”. Но Путин не был бы чекистом, если бы не думал в этом плане словами Владимира Высоцкого из одноименной песни: «…он с волками жил, и по-волчьи выл, но рычит теперь по-медвежьему». Президент утверждает: «Можно ожидать, что более агрессивным станет и характер практических действий, включая давление на те страны, которые не согласны с ролью послушных управляемых сателлитов, использование торговых барьеров, нелегитимные санкции, ограничение финансовой, технологической, информационной сфер». Вывод из этой оценки социально-политической ситуации он делает совершенно четкий: «Подобная игра без правил критически повышает риски одностороннего применения военной силы», - и действительно это явная угроза, которая просматривается на ближайшие годы. Ведь отличие Джозефа Байдена от Дональда Трампа в том, что для поддержания власти первый обязательно развяжет маленькую и победоносную войну, а второй только декларировал такую возможность, став самым “мирным” президентом США за последний век.

Президент России уверен в том, что «фундаментальной причиной неустойчивости глобального развития во многом являются накопленные социально-экономические проблемы. Поэтому ключевой вопрос сегодня – как выстраивать логику действий» для формирования позитивной мировой повестки и восстановления экономики. И вот тут «собака порылась»: главную роль в процессе будут играть государства и центральные банки – прямой сигнал Всемирному банку как оператору всех остальных. Причем из его фразы понятно, что эти две категории практически равны между собой и их совместная работа должна привести к “инклюзивному росту”, который ведет к «созданию условий для достижения достойного уровня жизни каждого человека». Эту задачу Путин ставит перед всеми участниками глобального экономического форума. Им, вдохновленным идеями Шваба, особенно понятно значение слова “инклюзивный», а слово определяют сознание. «Абсолютно ясно, что мир не может идти по пути построения экономики, работающей на миллион человек или даже на «золотой миллиард, - утверждает российский лидер и продолжает, - необходимо направить реальные усилия и ресурсы на то, чтобы добиться как снижения социального неравенства внутри отдельных стран, так и постепенного сближения уровня экономического развития разных стран и регионов планеты». В связи с этим Путиным выводятся четыре ключевых приоритета, которые гарантируют, что будет построена «экономика, где люди – не средство, а цель»:

• 1 У человека должна быть комфортная среда для жизни.
• 2 Человек должен быть уверен, что у него будет работа, обеспечивающая достойный уровень жизни.
• 3 Человек должен быть уверен, что он получит качественную, эффективную медицинскую помощь.
• 4 Дети должны иметь возможность получить достойное образование и реализовать свой потенциал.

По мнению президента России, реализация этих приоритетов придает принявшим их странам пресловутое «устойчивое и инклюзивное развитие». Что означает эта мантра глобалистов в устах Путина, его информационный “прокид” в адрес подготовленных слушателей, или истинная вера? Похоже, что ответ на этот вопрос определит будущее России.

Именно о нем говорит Владимир Путин в следующей части своего 37-ми минутного выступления. Он считает, что именно такие подходы лежат в основе стратегии, которую реализует Россия: «Наши приоритеты построены вокруг человека, его семьи, направлены на демографическое развитие и сбережение народа, на повышение благополучия людей, защиту их здоровья. Мы работаем над тем, чтобы создать условия для достойного и эффективного труда и успешного предпринимательства, обеспечить цифровую трансформацию как основу технологического уклада будущего всей страны, а не узкой группы компаний». Оценивая эти слова, стоит вспомнить последнее исследование Росстата, Согласно нему, в ковидном 2020 году население нашей страны уменьшилось на 574,8 тысяч человек. Это рекорд за последние 15 лет. Защита здоровья «от Голиковой и Мурашко» стоила России и избыточной смертности. В прошлом году она составила 184,6 тыс человек, это +11% к средней статистике за прошлое десятилетие. Idea fix нашего президента давно известна – это национальные проекты, теперь переименованные в национальные цели, полностью совпадающие с целями устойчивого развития ООН. Путин считает, что в их достижении для России возможна международная кооперация: «мы открыты для самого широкого международного сотрудничества и уверены, что кооперация по вопросам глобальной социально-экономической повестки позитивно повлияла бы и на общую атмосферу в мировых делах». Как там говорил Станиславский?

Еще одно наблюдение “от Путина”, который считает, что в мире должны быть «разные центры развития, со своими самобытными моделями, политическими системами, общественными институтами». Чтобы уйти от анархии их надо как-то объединять, по крайней мере, общими институциональными структурами: «Нам предстоит заняться укреплением и развитием универсальных институтов», некоторые из которых «переживают не лучшие времена». Тоже сигнал: намек понятен, это про ООН. Во времена Трампа его хотели ликвидировать или хотя бы исключить Россию из Совета Безопасности. И не факт, что Байден с коллегами не продолжат эту работу.

Отдельный раздел речи был посвящен пандемии COVID-19. Снова стоит напомнить, для внешнего пользования Владимир Путин отошел от своей привычной риторики – в стране он постоянно называл “пандемию” “эпидемией”. Видимо для придания политического веса “партии ковида”, на которую легла вся тяжесть борьбы с заболеванием и освоение элементов ковидной экономики. Здесь звучала только “пандемия”, что достаточно точно характеризует реальную целевую аудиторию – элиты коллективного Запада. Но будет неправильно пропустить, что слово “эпидемия” всё-таки было произнесено, но в отношении стран Африки, которым надо срочно помочь с тестированием и вакцинированием, так как «эпидемия будет затягиваться, будут сохраняться её неконтролируемые очаги». В любом случае понятно, что была сделана попытка отстоять для Sputnik V самый дешевый рынок сбыта. Правда, он уже полностью захвачен эмиссарами “старины Си”.

Борьба за экологию – необходимая часть включения России в глобальный процесс, поэтому в этом направлении Путин ограничился констатацией типовых задач, которые давно стали замедлителями роста мировой экономики. «Только вместе мы сможем добиться прогресса в решении таких серьёзнейших проблем, как глобальное потепление, сокращение лесного фонда, утрата биоразнообразия, увеличение объёма отходов, загрязнение океана пластиком и так далее, сказал президент, но всё-таки внес нужный акцент, - найти оптимальный баланс между интересами экономического развития и сбережения окружающей среды».

Резюмирующую фразу Владимира Путина стоит привести полностью. В ней сосредоточена суть его мыслей, и в отличие от других разделов, скорее всего ее, он придумал её сам:

«Все мы знаем, что конкуренция, соперничество между странами в мировой истории не прекращались, не прекращаются и не прекратятся никогда. И противоречия, столкновение интересов на самом деле тоже естественная вещь для столь сложного организма, как человеческая цивилизация. Однако в переломные моменты это не мешало, а напротив, побуждало объединять усилия на самых важных, действительно судьбоносных направлениях. И мне представляется, что сейчас именно такой период. Очень важно честно оценивать ситуацию, сосредоточиться не на мнимых, а на реальных глобальных проблемах, на устранении дисбалансов, критически важных для всего мирового сообщества. И тогда, уверен, мы сможем добиться успеха, достойно ответить на вызовы третьего десятилетия XXI века».

Отсюда следует, что в переломный момент 2021 года на фоне непрекращающейся конкуренции в мире необходимо решать реальные проблемы, уравнивая дисбалансы.

Насколько это понравится нынешним тактическим партнерам российских элит – глобалистам и апологетам “инклюзивного капитализма” – непонятно. Но Путину всё равно: он сказал, что хотел.


Дмитрий Светин специально для РИА Катюша

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх