Свежие комментарии

  • Валерий Пашнин
    Шутка шутке рознь. Такой или подобной шуткой можно и убить человека.Блогер-таджик пол...
  • Александр Ляшенко
    Надоели комментаторы,пора авторов пенсреформы выслушать с пристрастием!Юрий Пронько: "Мы...
  • Игорь Сипкин
    а что эти партии хотели? - унас все равныРекламщики отказы...

Возросшие амбиции Китая и обеих Корей заставили Японию забыть о Курилах

Возросшие амбиции Китая и обеих Корей заставили Японию забыть о Курилах

Наращивание Японией своей военной мощи негативно влияет на поддержание безопасности не только у российской границы, но и во всем Азиатско-Тихоокеанском регионе. Для сохранения стабильности Москве следует постоянно поддерживать на Дальнем Востоке необходимый уровень военного паритета. В то же время предотвращение дестабилизации АТР — это еще одна потенциально важная тема для российско-американского переговорного процесса.

К таким выводам пришел обозреватель ФАН, проанализировавший обстоятельства «тихой революции» Сил самообороны Японии.

Возросшие амбиции Китая и обеих Корей заставили Японию забыть о Курилах

«Много очень тонких вопросов»

4 июня во время встречи на полях ПМЭФ с главредами иностранных информагентств президент России Владимир Путин подчеркнул, что внесенные в Конституцию РФ поправки о недопустимости отчуждения территорий не означают, что диалог с Токио по мирному договору должен прекратиться.

«Да, у нас внесены изменения в Конституцию. Безусловно, мы должны это учитывать, но я не считаю, что мы должны приостанавливать разговор по мирному договору. Здесь много очень тонких вопросов, и в ходе предварительных дискуссий мы поставили перед нашими коллегами, друзьями и партнерами по этим переговорам ряд вопросов, в том числе связанных с обеспечением безопасности», — сообщил Путин главному редактору японского агентства «Киодо» Тору Мидзутани.

Тем самым российский лидер дал понять, что Москву, в общем-то, устраивает нынешняя ситуация, когда Россия и Япония вовлечены в серию вялотекущих переговоров вокруг заключения мирного договора, а над «спорными», с точки зрения Токио, территориями островов Итуруп, Кунашир, Шикотан и Хабомаи продолжает реять флаг РФ.

Вместе с тем Москва внимательно отслеживает нюансы обеспечения безопасности в регионе. Путин привязал эти нюансы к проблематике появления в Японии современных ракетных ударных систем США, способных угрожать РФ.

Однако на самом деле вопрос поддержания безопасности в АТР очень разноплановый. Он выходит далеко за рамки дискуссии о возможном размещении в стране Восходящего Солнца американских ракет и, в немалой степени, касается наращивания военной мощи самой Японии.

Российская общественность привыкла воспринимать Японию как страну высокотехнологичную, но не самую продвинутую в военном плане. Возможно, это стало следствием «периферийного» (в глазах большинства россиян) географического расположения этой страны, отсутствия у послевоенной Японии выраженной готовности к военной экспансии и, наконец, самого названия ее вооруженных сил, звучащего как «Силы самообороны Японии» (ССЯ).

На подсознательном уровне многие воспринимают термин «силы самообороны» как нечто среднее между народным ополчением и регулярной армией. То есть как некую недоармию, «способную воевать лишь в мультиках с Годзиллой». Однако относиться таким образом к ССЯ — большая ошибка.

Конечно, после окончания Второй мировой войны Япония последовательно избавлялась от всех пережитков милитаризма, десятилетиями выступая страной с «овощной» внешней политикой. Причиной тому был ограниченный суверенитет японского государства, который базировался на итогах Токийского процесса, осудившего военно-политическое руководство страны. Ограниченный суверенитет был закреплен японо-американским договором безопасности и девятой статьей конституции 1947 года, которая недвусмысленно гласит:

«Японский народ на вечные времена отказывается от войны как суверенного права нации, а также от угрозы или применения вооруженной силы как средства разрешения международных споров».

При этом, подобно ФРГ в Европе, Япония в Восточной Азии выступала форпостом американских вооруженных сил. Соединенные Штаты гарантировали японцам защиту от любого нападения в обмен на размещение своих военных баз на их территории. Таким образом, сформированные в 1954 году ССЯ первоначально выполняли чисто символические задачи, действительно являясь своеобразной недоармией.

Однако постепенно ситуация стала меняться. ССЯ пополнялись людьми и современной техникой, а также развертывали новые части, превращаясь в самую настоящую армию, лишь в силу законодательных и политических ограничений продолжавшую носить прежнее название.

По состоянию на 1980 год, ССЯ насчитывали уже свыше 260 тыс. военнослужащих. При этом прослойка генералов, офицеров и унтер-офицеров в них была настолько велика, что позволяла при необходимости в сжатые сроки увеличить вооруженные силы в несколько раз.

«Тихая революция»

В 1987 году правительство Японии аннулировало ограничения на размеры военного бюджета. В 1992-м был принят закон, впервые позволявший ССЯ выполнять некоторые международные функции. С началом 2000-х пределы допустимого для ССЯ стали быстро расти, что было связано с ослаблением военного присутствия в регионе США и одновременно — с резким ростом военной мощи Китая.

Чутко реагировавшее на изменение баланса сил руководство Японии задумалось о необходимости более активной внешней политики в сочетании с увеличением «свободы рук» ССЯ. Явным свидетельством этого стало заявление премьер-министра Японии Синдзо Абэ от 2007 года о присвоении Управлению национальной обороны статуса министерства.

Токио тревожили тесные экономические связи Америки и Китая, растущий лоббистский потенциал Пекина, связи китайцев с Демпартией США и ракетно-ядерные программы КНДР. Несмотря на то, что Штаты продолжали рассматривать Японию как своего стратегического союзника, которому они гарантируют суверенитет, обстановка в регионе вызывала у Токио все больше опасений.

Особенно это касалось Китая. Из страны, более обращенной в себя, он буквально за несколько лет превратился в экспансионистскую державу с активной внешней политикой и как на дрожжах растущими современными вооруженными силами. «Эпоха Си» явила миру новую Поднебесную — мировую супердержаву. На этом фоне Токио отказался от прежней тактики «самурая, медитирующего в саду камней».

В 2011 году в африканском Джибути была открыта первая после Второй мировой войны японская зарубежная военная база. В следующем году Токио утвердил проект масштабной реформы вооруженных сил, которая предусматривала переименование ССЯ в армию. В 2014 году был снят запрет на экспорт оружия. Десятилетиями крупнейшие предприятия японской оборонки Mitsubishi Heavy Industries и Kawasaki Heavy Industries не могли продавать свою продукцию за рубеж. Но теперь доходы от экспорта дали новый импульс развития японского ОПК и ССЯ. А в 2015-м парламент Японии разрешил использовать ССЯ для участия в военных конфликтах за рубежом.

Дальнейшие пять лет стали временем «тихой революции» в военной сфере страны Восходящего Солнца. Военный бюджет непрерывно рос, достигнув в 2021 году рекордных 52 млрд долларов. Это вполне соответствует прошлогодним военным расходам имеющей ядерное вооружение Франции (52,7 млрд долл.) и не имеющей ядерного вооружения, но активно модернизирующей свою армию Германии (52,8 млрд долл.).

На что же японцы тратят такие колоссальные средства? Например, на перестройку своих эсминцев-вертолетоносцев типа «Идзумо» в легкие авианосцы. Предполагается, что на них будут базироваться новейшие малозаметные многофункциональные истребители-бомбардировщики пятого поколения F-35, которые Япония уже приобретает у США.

Возрождение собственной палубной авиации даст возможность Токио обеспечить воздушное прикрытие для своей недавно созданной Амфибийной бригады. Тем самым ССЯ получат полноценные силы быстрого реагирования.

Японцам не до «северных территорий»

Против кого же острит свою катану современный японский «самурай»? По инерции хочется ответить — против России, но это не так. Точнее, не совсем так. Теоретически та же Амфибийная бригада ССЯ может быть использована для броска на «северные территории», но практически внимание японских военных сейчас приковано не к России, а к другим соседним странами.

Скажем, неподалеку от страны Восходящего Солнца есть страна, у которой военный бюджет, по данным CSIS, увеличился с 76,53 млрд долларов в 2010 году до 209,16 млрд долларов в 2021-м. Это страна с колоссальными геополитическими амбициями, чье руководство ни на миг не забывает о военных преступлениях Японии. Страна, в которой патриотическая пропаганда во многом основана на современном антияпонском мифе. Наконец, это страна, которая регулярно «облизывается» на контролируемый Токио архипелаг Сенкаку, проводит рядом с ним учения и демонстративно направляет в японские территориальные воды свои военные корабли.

Конечно, речь идет о Китае.

Не менее напряженные отношения у Японии и с Тайванем (тоже претендующим на владение Сенкаку), а также с Северной и Южной Кореями. Если Пхеньян периодически устраивает испытательные ракетные пуски своих баллистических ракет в сторону Японии, то Сеул, по мнению Токио, незаконно контролирует острова Лианкур.

Отдельной интриги и без того непростой ситуации добавляет тот факт, что Сеул тоже связан договором о гарантиях безопасности с Вашингтоном. На этом фоне у Японии с Тайванем, КНДР и Южной Кореей регулярно случаются политические пикировки и пограничные инциденты.

В общем, может, в Токио кому-то и хочется устроить что-нибудь демонстративно-силовое в отношении пресловутых «северных территорий», но… Во-первых, устроить «горячую» конфронтацию с ВС РФ — так себе удовольствие.

Во-вторых, замороженный status quo Итурупа, Кунашира, Шикотана и Хабомаи, по большому счету, устраивает не только Москву, но и Токио, которому тоже выгодно не обострять вопрос о территориальных претензиях, а дипломатично отодвигать его решение в неопределенное будущее.

В-третьих, Россия не рвется увеличивать свою сферу влияния в регионе, чего нельзя сказать о КНР и прочих соседях. Уровень недоверия китайских и корейских стран к Японии чрезвычайно высок, что побуждает их действовать достаточно агрессивно. И это же обстоятельство диктует японским военным соответствующую расстановку приоритетов, акцентируя задачи на противодействии прежде всего вооруженным силам КНР, Тайваня, КНДР и Южной Кореи и уж только затем — России.

О чем Москве не стоит забывать

Добавим, что рост военного потенциала Китая и КНДР провоцирует Токио к наращиванию своих возможностей как в области ПРО, так и в плане нанесения превентивных и ответных ударов. Подобная тенденция способна самым негативным образом сказаться на поддержании безопасности в АТР. Нарастание подобных рисков не соответствует ни российским, ни американским интересам. Да-да, Вашингтон тоже заинтересован в сохранении стабильности в регионе, особенно при наличии у сторон ядерного оружия.

Таким образом, предотвращение дестабилизации в Юго-Восточной Азии — это еще одна потенциально важная тема для российско-американского переговорного процесса.

Также России важно не забывать, что отсутствие агрессивных планов в отношении нее у Японии базируется не только на политическом благоразумии Токио, но и на широких военных возможностях наших Вооруженных сил на Дальнем Востоке. Ради сохранения текущего status quo Южных Курил, а также укрепления безопасности в АТР Москве следует постоянно держать руку на пульсе и поддерживать необходимый уровень военного паритета. Это будет стоить дорого, но последствия дестабилизации региона и его скатывание в военную конфронтацию обойдутся нам еще дороже.

Андрей Союстов

 

Источник

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх