Сбербанк не в том кармане


О том, что это ненормально, когда главное кредитное учреждение страны является фактически монопольной частной лавочкой под крышей Центробанка, авторы твердили едва ли не во всех своих публикациях («Наш ЦБ — самый центральный банк в мире. Кому он служит?»). Однако задуманная в верхах операция с переходом Сбербанка под контроль правительства РФ вряд ли сделает его положение более рыночным или же независимым.

Трудно также согласиться и с тем, когда такое перекладывание мощного актива из одного государева кармана в другой называют приватизацией.
Так уже успел охарактеризовать планы наших финансовых властей экономист директор Института проблем глобализации Михаил Делягин. Впрочем, он же сначала даже расценил саму идею как вывод государственных активов из рук независимой структуры, то есть Центробанка, в руки государства.

 


Сбербанк не в том кармане

То есть речь поначалу можно было вести как раз о национализации, хотя на самом деле, уважаемые граждане, наши с вами миллиарды и даже триллионы, попросту перекладывают из одного кармана в другой. И будут рулить ими по-прежнему так же, как и делали до сих пор. Ни о чём своих многочисленных клиентов не спрашивая, и, по большому счёту, не информируя.

Да, «формально всё вроде бы правильно», что и отметил тот же господин Делягин. Центральный банк Российской Федерации — наш главный регулятор финансового рынка, который никакими рыночными операциями не занимается ни по уставу, ни по закону, просто обязан выйти из капитала Сбербанка. Иначе ни о какой конкуренции на финансовом рынке нечего и говорить.

И что интересно, она ведь кое-где даже есть, хотя тот же Сбербанк давно выдавил почти всех конкурентов практически отовсюду, начиная с коммунальных платежей и кончая валютными проводками. Это за границей у него среда конкурентная, и он просто вынужден предлагать не только высокие ставки по вкладам, но и низкие, даже минимальные, по кредитам.

Дисконт по ставкам там не превышает 0,25-0,5 процента, в то время, как внутри России можно позволить себе и двукратный разброс в процентах. И вы верите в то, что с переходом в лоно обновлённого кабинета министров финансовая контора господина Грефа прекратит ограбление собственных граждан? Они же всего-навсего клиенты – вот пусть и расплачиваются.

Сбербанк за скобками


Говоря о том, насколько добавит Сбербанку эффективности его переход в руки исполнительной власти, нельзя забывать, что у нас большинство крупных банков, точнее, 10 из 11, имеют огромные, как правило, контрольные пакеты акций, под контролем государства. Причём мало кого волнует, как оформлено присутствие государства в их капитале: через Минфин или же через Центральный банк.

Последний, кажется, своей глобальной зачисткой финансового сектора только того и добивался, чтобы всяческой коммерческой мелочи не было даже места в числе лидеров. Однако, опять же по закону, под полным контролем, точнее, в собственности Центробанка должны находиться только проблемные банки, попавшие под санацию или же, упаси господи – лишение лицензии.


С последним вообще сложно – без лицензии и банк не банк, а так – касса, которая обязана сдать всё, что осталось, куда следует. Что-то маловато у нас случаев, чтобы кому-то из банков вдруг лицензию за просто так вернули. Ушёл под контроль государства или же одного из госбанков – будьте любезны, иначе никак.

Банк России в эпоху Эльвиры Набиуллиной практически ни разу не отказал себе в удовольствии прибрать к рукам то или иное кредитное учреждение. Понять государевых банкиров можно, ведь лишний банк — это лишняя степень свободы с точки зрения возможностей манипулировать рынком.

Вот только не совсем понятно, почему же в Банке России так жаждут подменить регулирование, то есть назначение и создание неких правил игры, а потом контроль за их соблюдением, прямым участием в игре. Как тут не согласиться с другими экономистами, которые обращали внимание на заинтересованность Центробанка в том, чтобы в России крупные банки были государственными, а мелких вообще было как можно меньше. Глава Центробанка Эльвира Набиуллина по этому поводу даже напомнила о том, что такова мировая тенденция.

Характерно, но ведь разговоры о том, что Сбербанк всё-таки выведут за скобки ЦБ РФ, начались как раз в то время, когда пошла волна стабильного снижения ключевой ставки банка России. Как следствие, это вызывает снижение ставок у коммерческих банков и обострение конкуренции для того же Сбербанка. Неприятность эту в Банке России, кажется, поняли, совершенно правильно, и согласились на то, что переживать её просто так даже и не стоит.

Вспоминая Чубайса


Та же госпожа Набиуллина ещё совсем недавно напоминала, что для правительства государственная собственность — это, как правило, обуза. Это то, чем нужно управлять, причём желательно эффективно, принимать какие-то серьёзные решения, допуская к руководству сторонних людей на постах независимых директоров.

Может сложиться впечатление, что наш главный банкир словно Чубайса начиталась, но сейчас такие свои же сентенции Эльвира Сахипзадовна даже не вспоминает. Неужели и вправду Сбербанк оказался обузой для самого же Центробанка? А теперь вот, мол, пусть будет обузой для правительства.

Нельзя исключать, что великие идеи главного приватизатора наши либералы от экономики, крепко оседлавшие кресла в экономическом блоке правительства, сработают и в случае со Сбербанком. Его пакеты планировалось продать на сторону неоднократно, и начиналось всё ещё даже до первого этапа залоговых аукционов. Но получалось всё как-то не очень.

Не очень получилось и с народным IPO в 2007 году, причём не только с акциями Сбербанка, но и у ВТБ с «Роснефтью». Однако, судя по раскрытым пресс-службой Центробанка деталям передачи, то есть продажи акций Сбербанка правительству, саму по себе операцию можно с уверенностью назвать подготовкой к реальной приватизации.


Быть может, тот же Михаил Делягин потому и заговорил о приватизации, а не о национализации Сбербанка, что без этого дело никак не обойдётся? В таком случае участие в капитале крупнейшего коммерческого, но пока ещё не частного банка сразу нескольких из российских олигархов, можно сказать, гарантировано. А вот в том, допустят ли к телу Сбербанка потенциальных иностранных совладельцев, есть большие сомнения. Службы безопасности имеют весьма неплохие шансы заблокировать их участие.
Источник ➝

Коронавирус способен поставит на якорь американский военный флот


Боеспособность Военно-морских сил США может оказаться под угрозой из-за стремительного распространения коронавируса среди личного состава. За последние 2 дня количество больных на авианосце ВМС США «Теодор Рузвельт» увеличилось с 3 до 25 человек.

Атомный авианосец «Теодор Рузвельт» типа «Нимиц» находится в составе ВМС США с октября 1986 года. Штатная численность экипажа корабля составляет 3200 человек, плюс к тому еще 2480 человек – в авиационных подразделениях (на авианосце может разместиться 90 самолетов и вертолетов).


Во вторник 24 марта исполняющий обязанности министра Военно-морских сил США Томас Модли официально заявил о том, что на борту авианосца три члена экипажа заболели COVID-19. Прошло два дня. Количество заболевших моряков увеличилось до 25 человек – в восемь раз.

Не исключено, что в реальности заболело куда больше военнослужащих. Просто командование ВМС США в любом случае будет стараться преуменьшить статистику заболеваемости, чтобы не выставлять напоказ проблемы на флоте. Ведь потенциальные противники США в Азиатско-Тихоокеанском регионе, а именно Китай и Северная Корея, внимательно наблюдают за любыми процессами в американских ВМС.

«Теодор Рузвельт» - не единственный корабль ВМС США, где фиксируется вспышка заболевания. Так, заболевшие коронавирусом моряки появились на большом авианесущем десантном корабле LHD-4 «Boxer». Его экипаж насчитывает 1200 человек и все они сейчас под угрозой заражения.

Есть заболевшие и на эсминце серии «Арли Бёрк» DDG-114 «Ральф Джонсон» - корабле, только в 2017 году спущенном на воду и насчитывающем 340 человек экипажа. На боевом корабле прибрежной зоны LCS-4 USS «Coronado» также есть заболевшие. Все перечисленные корабли находятся на базах ВМС США на западном побережье страны.

В Пентагоне признаются, что не совсем понимают, что делать в условиях распространения эпидемии на кораблях ВМС США. Корабль – замкнутое пространство, шансы заразиться там очень высокие, в то же время очень сложно бороться с эпидемией, если она застала экипаж во время плавания в открытом море.

Пока американское военное ведомство запросило из бюджета США более 8 млрд долларов. Эти деньги пойдут, в том числе, на оснащение медицинских частей кораблей аппаратами искусственной вентиляции легких, закупку тестов на COVID-19 и оборудование специальных карантинных боксов на бортах кораблей.

В любом случае, коронавирус уже сейчас сказывается на боеспособности американских военно-морских сил, особенно тех кораблей, что находятся в Азиатско-Тихоокеанском регионе. Не исключено, что из-за карантинных мероприятий большая часть американских кораблей вскоре окажется на стоянках на военно-морских базах, а экипажи будут «заперты» без права выхода на берег до спада эпидемии.


К слову, в не менее опасной ситуации оказались военнослужащие Сухопутных войск и Военно-воздушных сил США, которые несут службу в составе американских войск в Европе. В настоящее время общая численность американских военнослужащих в Европе составляет примерно 72 тысячи человек.

Еще неделю назад командующий Европейским командованием (EUCOM) США генерал Тод Уолтерс отчитался о 35 случаях заражения коронавирусом в составе американских войск, дислоцированных в европейских странах. Самая тяжелая ситуация с коронавирусом, кстати, наблюдается в Италии, Испании и Германии, где дислоцируется большое количество американских военных и расположены ключевые базы армии США в Европе.

Сейчас именно Соединенные Штаты находятся на первом месте в мире по числу заразившихся коронавирусом. При этом, как сообщает Всемирная организация здравоохранения, темпы распространения коронавируса в США значительно ускорились. Поэтому нет ничего удивительного в том, что эпидемия охватывает не только гражданское население, но и личный состав вооруженных сил.

Картина дня

))}
Loading...
наверх