Свежие комментарии

  • Yvan
    По примеру Китая, где раскулачили 4 тыс. приватизаторов 90-х и вернули $25 трлн.Либеральная мечта...
  • vasul asd
    Не нажрались? Все надо национализировать, включая все то что прихватизировалиЛиберальная мечта...
  • Семенков Александр
    Правильно отреагировали питерцы! Весь этот первобытный сброд надо гнать сраной метлой в себе, на их Родину. Пусть там...ПО ЗАКОНАМ ГОР. З...

Предшественник Мазепы. Гетман Иван Выговский

Предшественник Мазепы. Гетман Иван Выговский

Именно так представляют нынешние украинцы битву под Конотопом, где казаки разгромили стотысячную, нет – 150-тысячную, нет – 300-тысячную армию москалей. Читая это, вспоминается старый анекдот:
– А правда, что Рабинович выиграл в лотерею миллион?
– Правда, только не Рабинович, а Иванов, не в лотерею, а в карты, не миллион, а сто рублей, и не выиграл, а проиграл.

И начать надо с того, что Выговский не совсем казак, точнее – совсем не казак. Родился он хоть и в православной, но шляхетской семье, образование получил хорошее, но точно неизвестно где. Известно только, что в основе его был польский язык. Предками Выговских были, скорее всего, татары, а Глинских вписали в родословные ради пущего престижа и родства с московской династией. Карьеру начал юный шляхтич, о котором польский исследователь написал «русская кость, но польское мясо», в знаменитых крылатых гусарах кварцяного (коронного) войска Речи Посполитой, где и дослужился до ротмистра. В таком качестве и вступил в бой с казаками, хлопов под Желтыми Водами он рубил храбро, но был взят в плен татарами.

Денег на выкуп у мелкопоместной шляхетской семьи с четырьмя сыновьями не было, и отважный польский офицер пытается сбежать несколько раз, его ловят, привязывают к пушке (неудобный момент – ловили его именно казаки), и тут Богдан Хмельницкий выкупает ротмистра польской кавалерии.
О причинах не написано нигде, такие вещи если и заносят на бумагу, то в виде «спасение единоверцев от басурман», но они, собственно, на поверхности – казакам дико не хватало опытных специалистов. Восстание Хмельницкого – классический бунт низов, и если в неспокойной Малороссии с её постоянными татарскими набегами каждый крестьянин мог стать солдатом, да и запорожских и реестровых казаков у Богдана хватало, то с офицерами была беда. А здесь хоть шляхтич, но православный. Вторая причина сложнее – православной шляхты было немного, но она была, и добиться её перехода на сторону восставших – огромный успех. Это как минимум решало проблему администраторов и офицеров, да и сам род Выговских был многочисленным и влиятельным (его отец служил Петру Могиле и дружил с Адамом Киселем, не последней фигурой в Речи Посполитой).

Всё это сработало, и часть шляхты перешла к Хмельницкому, и свою легитимность восставшие укрепили – одно дело бунт черни, другое – шляхетское восстание, вещь в Речи нормальная и вполне законная. А Выговский, неожиданно ставший казаком, сделал блестящую карьеру, ему, человеку грамотному и знающему, поручили канцелярию, постепенно выросшую в некий аналог современного Правительства. Понятно, что Генеральным Писарем и стал наш герой, который эту структуру собственно и создал. Хмельницкому было не до деталей, война набирала обороты и отнимала всё время и силы, а союзники-татары попили кровушки не меньше поляков. А к старости гетмана и вовсе Выговский набирает обороты, по воспоминаниям российского посланника, в 1656 году Выговский не допустил его к тяжелобольному Богдану, вырвав царское письмо из рук.

Пока Богдан был жив, он и примирял между собой выходцев из низов, которые выслужили свои должности в боях и были, по-современному говоря, пророссийскими, и выходцев из шляхты, которые «быдло» тайком презирали и хотели в Европу, желательно вассалами сильного государства, на худой конец Речи Посполитой, главное – стать магнатами и сохранить польские вольности. Но гетман умирал, старший его сын Тимош погиб на войне, а Юрию было всего 16 лет, да и не был он ни способным воином, ни политиком, готовили его к карьере духовной.

В итоге вышло что вышло – Выговский сына своего спасителя сверг практически мгновенно, сначала прикрываясь тем, что он малолетний – вот, мол, подрастёт и... Но в октябре 1657 года в Корсуне он становится гетманом полноправным. И сразу же, в нарушение Мартовских статей, заключает союз со Швецией. Оно вроде и логично, шведы воюют с Польшей, Гетманщина враг Польши, но итогом этого союза должен был стать вассалитет Малороссии и присоединение её к Шведскому королевству. Таким образом, Выговский опередил Мазепу на целых полстолетия, но не вышло. Во-первых, нового гетмана не признавали запорожцы, во-вторых – казацкие низы, а в-третьих, присвоив себе имущество Богдана Хмельницкого, он сделал своими врагами и множество старшин, пришедших в изумление от такой непосредственности. Впрочем, народ Выговский как раз накручивал мастерски, распуская дикие слухи вроде этого:

«Мы присягали его царскому величеству, чтоб нам, по обычаю, быть на своих вольных правах в Запорожском Войске, и были мы верны в подданстве его царского величества по смерть гетмана Богдана Хмельницкого; а теперь идет на нас боярин царский князь Трубецкой с войском, да князь Ромодановский с ратными людьми; и вам приказано давать им живность беззаборонно; хотят учинить на Украине по городам воевод: в Киеве, Чернигове, Переяславе, Умани и по всем другим, чтоб везде им давали живность, и будут брать на государя все те подати, что народ платил когда-то польским панам; а казацкого войска только и останется, что в Запорожье десять тысяч, и они будут получать из наших доходов жалованье, от оранд и мельниц; а больше уже и не будет Войска, а станут все – мещане и хлопы; а кто не захочет быть мещанином или хлопом, тот будет в драгунах и солдатах. Крымский же хан присылает к нам и просит, чтоб мы по-прежнему были с ним в дружбе. И от нас не требует никаких поборов...»

Или вот этого:

«Вот, как возьмут вас царь и Москва в руки, тогда и кабаки введут, горилки курить и меду варить нельзя будет делать всякому и в сапогах черных прикажут ходить, и суконных кафтанов носить не вольно будет; попов своих нашлют, митрополита в Киеве своего поставят, а нашего в Московщину возьмут, да и весь народ туда же погонят, а останется тысяч десять казаков, да и те на Запорожье, а те, что в городах будут, те службу станут держать под капитанами.»

Тем не менее идти под поляков Малороссия не хотела, и быстро возникла оппозиция во главе с Пушкарем и Барабашом, и в январе 1658 года полыхнуло. Первая Гражданская война была недолгой, и победил в ней Выговский, победил силами иностранцев-наёмников. Дальше Выговский делает ход конём – клянясь в верности Москве, он заключает союз с татарами. Именно татары и принесли Выговскому победу над оппозицией

«Полтава, – по замечанию летописца, – удаленная от войны в продолжение сорока девяти лет, со всем окрестным краем находилась в цветущем состоянии, а после посещения Выговским не скоро оправилась. Татары рассеялись по окрестностям, жгли селения, умерщвляли людей, насиловали женщин. Так продолжалось четыре дня, пока, наконец, Войско не взволновалось: казаки стали укорять Выговского за позволение Орде разорять отечество.»

Правда, цена... но кто её помнит-то? Несправедливо как-то Конотоп празднуют, а Полтавскую викторию Выговского нет. Дальше – больше, победив противников курса на возвращение в состав Польши, Выговский сразу же начал переговоры с Польшей, закончившиеся Гадяцким договором.

Предшественник Мазепы. Гетман Иван Выговский

Согласно ему Гетманщина возвращалась в Речь Посполитую под названием Великое княжество Русское. В договоре была прописана довольно широкая автономия, но... С начала восстания Хмельницкого прошло десять лет, народ помнил, как было ДО, и как поляки нарушали договоры с казаками. Все понимали – как только польские войска и чиновники окажутся в Малороссии, прописанное начнут ликвидировать. Да и чего начнут? Уже при ратификации Сеймом часть пунктов поляки убрали.

Понятно, что Москва смотреть на всё это не собиралась, и понятно, что поход русской армии и запорожцев на Малороссию неминуем. И грянуло – в 1659 году возле города Конотоп сошлись в битве русско-украинская армия числом 28 600 царских солдат и 6600 казаков, и армия Выговского, в которой казаков было 16 000, татар – 35 000 и 3 тысячи наёмников. Кроме того, был гарнизон Конотопа, 4000 казаков, Малороссы с великороссами воевать не хотели, основная ударная сила Выговского под Конотопом – татары и наёмники.

Во многом из-за действий князя Семена Пожарского русско-казацкая армия была разбита, потеряв около семи тысяч человек, победители при этом потеряли примерно такое же количество. А дальше, после победы, Выговский потерял власть. Во-первых, ушли татары, во-вторых – казаки и посполитые, разобравшись, ЧТО случилось, стали массово присягать России. Новое восстание возглавили Золотаренко и Сомко – шурины Хмельницкого. Сам победитель бежал из Малороссии под защитой поляков, и преследовали его далеко не москали, а сами казаки. Один из охранников Выговского написал такие строки, которые как нельзя хорошо характеризуют Выговского и его политику:

«Каждый из нас лучше рад – и не раз, а несколько раз – готов умереть, нежели постыдно оставить усердного слугу короля.»

А дальше был другой гетман и другая история, сам же Выговский, несостоявшийся князь Русский, воевал с Россией и интриговал постоянно и против любой власти с целью вернуть булаву. В итоге же в 1664 году был схвачен поляками и без суда и следствия расстрелян, дабы чего не вышло.

В целом – Конотоп действительно уникальная битва, в которой татары, под флагом Гетманщины, победили силы русских и малороссов, под флагом России, и номинальный победитель которой потерял власть, а позже и голову. А побеждённые, наоборот, добились всех своих целей. Вот только была ли это русско-украинская война, и как называть Выговского – я теряюсь. Не было у Алексея Михайловича чувства юмора, как у сына, дабы отлить орден Иуды, ничего не поделаешь. Чувства не было, а проигравшие были:

«Здесь страшное вавилонское столпотворение, местечко воюет против местечка, сын грабит отца, отец – сына. Цель их, чтоб не быть ни под властью короля, ни под властью царя; и они думают этого достигнуть, ссоря соседей и стращая короля – царем, а царя – королем. Благоразумнейшие молят Бога, чтоб кто-нибудь – король ли, царь ли – скорее забрал их в крепкие руки и не допускал безумной черни своевольничать.»

И это были малороссы, брошенные жаждой власти мелкого польского шляхтича в кровавую межусобицу.
Автор:
Роман Иванов
Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх