Свежие комментарии

  • Сергей
    <i>Комментарий скрыт</i>Дмитрий Певцов не...
  • Сергей
    <i>Комментарий скрыт</i>Дмитрий Певцов не...
  • Сергей
    <i>Комментарий скрыт</i>Дмитрий Певцов не...

Месть в бизнесе: «белое пальто» и «черный пиар»

Больше трети российских бизнесменов признались в готовности потратиться на компромат против конкурента

Месть в бизнесе: «белое пальто» и «черный пиар»
Фото: YAY/TASS
Материал комментируют:

Есть предел всякой откровенности, поэтому мы никогда — даже приблизительно — не узнаем, сколько предпринимателей в России горят желанием, но не решаются нанять киллера, чтобы свести счеты со своим конкурентом или просто отомстить за былые обиды бывшему партнеру.

А вот такой сравнительно менее кровожадный формат мести, как «черный пиар», вынашивают в планах очень многие предприниматели и даже не остерегаются признаваться в этом в ходе социологических опросов.

Большинство российских предпринимателей сталкивались с «предательством» в бизнесе, при этом каждый третий бизнесмен сам готов заказать «черный пиар» против конкурентов, говорится в исследовании Модульбанка, специализирующегося на обслуживании малого бизнеса. Банк в апреле провел опрос на тему честности в бизнесе на выборке в 68 тысяч человек. Предприниматели заполнили анкету из пяти закрытых и одного открытого вопроса.

На вопрос «Допустимо ли заказывать черный пиар о своих конкурентах?» около 32% ответили, что да. Однако в основном предприниматели готовы включать негативные публикации о конкурентах только как ответную меру.

Лишь 3,6% готовы запускать черный пиар первыми, — выяснили авторы исследования.

На прямой вопрос «Можно ли честно построить бизнес? Почему?» лишь около 15% предпринимателей ответили, что нет. В основном они говорили о том, что честным нужно быть только с самим собой и действовать по совести, а это не всегда совпадает с представлениями социума.

Остальные 85% респондентов считают, что можно строить бизнес честно и «надевают белое пальто». Также часто звучала мысль о том, что честность дает уверенность в себе и позволяет спать спокойно.

Дальнейшие вопросы раскрывали тему и предлагали конкретные ситуации, и результаты оказались уже не так однозначны. Так, на вопрос «Сталкивались ли вы с предательством в бизнесе?», около 68% ответили, что да. Причем, около 14% предпринимателей сказали, что сами предавали партнеров, показал опрос.

— Такое количество бизнесменов, способных вести нечестную игру, опускаться до клеветы и «черного пиара» — не удивляет. Допускаю даже, что в действительности способных и морально готовых к таким поступкам гораздо больше, чем призналось в этом в ходе опроса, — считает аналитик ГК ФИНАМ Алексей Коренев. — Репутация по-прежнему не в цене. А это то самое главное качество, которое потеряло значимость для деловых кругов, после того, как в прошлом веке уничтожили под корень лучших представителей российского предпринимательства.

Раньше репутацией дорожили больше, чем нажитым состоянием. Потому что мало кто брался за дела-однодневки, бизнес вели с расчетом если не на вечность, то на несколько поколений продолжателей своего рода. Понимали, как может аукнуться сегодняшнее лихоимство для их потомков. Также в традиции было держать данное в ходе коммерческой сделки слово.

А у нас в современной России можно не соблюдать условия сделки, подставить конкурента. Люди не боятся, что они попадут в прессу. Опять же у нас нет и культуры того, чтобы освещать такие дела в СМИ — без заказухи с чей-то стороны, а просто потому, что это общественно значимое явление.

Можете себе представить, если на Западе какая-то известная компания не выполнит свои обязательств перед другой — попадет в прессу, попадет в Bloomberg и Reuters — и все, прощай бизнес. Мало того, что там штрафы за такие дела сумасшедшие, компания может вообще разориться.

А ведь это большая трагедия для владельца, поскольку его бизнес — даже маленький — кондитерская, парикмахерская, кафе или какая-нибудь пекарня — все равно предполагается, что это предприятие пойдет его детям, потом внукам, правнукам и т. д. И люди там, естественно, за репутацию борются. У нас же отношение к бизнесу еще вот такое дикое…

Бизнес воспринимается как возможность урвать, пусть даже обмануть, но главное, чтобы при этом побольше хватануть. Думать насчет завтрашнего дня, о том, чтобы сохранить репутацию — об этом люди не думают. Ну опозорился сегодня, завтра закрою предприятие, послезавтра открою новое. Сменю одну вывеску на другую — без репутационных пятен.

Хотя на самом деле репутацию стоит дороже всего. Потому что она позволит зарабатывать и через десять, и через сто лет. Когда мы видим на Западе брэнды, существующие столетиями, понимаем, что это даже не сам продукт, сколько бренд стоит дорого, поскольку очень давно людям представлен и одно название уже о нем все говорит.

У нас этого нет, у нас нет культуры ведения бизнеса, нет истории. Все хорошее срезали под корень, а то, что создается — создается в условиях, когда правила игры сами по себе не очень хорошие. Законы постоянно меняются.

Власть тоже постоянно норовит обмануть бизнес. Ведь мы смотрим куда? Мы смотрим наверх — как ведет себя тот, кто находится выше нас. Если чиновники позволяют себе брать взятки, вымогать, принимать подарки, деньги, то спор хозяйствующих субъектов запросто решается в пользу того, кто больше подмазал. И бизнес понимает — значит, можно, раз наверху можно, то можно и остальным.

Вот этот правовой нигилизм в результате выливается в то, что занимаются бизнесом у нас совершенно отчаянные люди, это нужно быть таким — либо со стальными нервами, чтобы быть готовым к тому, что тебя обманут, либо сразу настраиваться на то, что будешь обманывать других.

А вот вы можете представить себе, что там какой ни будь швейцарский сыровар или итальянский винодел окажется в наших условиях? Да его тут же обведут вокруг пальца, обдерут как липку. Они же привыкли верить на слово. Это как том анекдоте: «Когда мне сказали, что здесь верят на слово, тут-то мне карта и поперла!»

«СП»: — У нашей страны совсем нет шансов на возрождение «честного купеческого слова», повышение значимости деловой репутации?

— Был такой шанс. Когда я в 90-е годы начинал работать в финансах, был начальником отдела ценных бумаг в банке, и тогда еще не было такого быстрого интернета как сейчас, и торги велись (работал с облигациями) по телефону.

Обзванивали, выясняли котировки, и если ты говорил вслух слово «сделка», что означало — я согласился на покупку или продажу какого-то количества бумаг по определенной цене, потом я уже не мог от нее отказаться. Иначе тогда на следующий день об этом узнает весь рынок и со мной больше никто работать не будет, на меня закроют лимиты.

Это был период становления экономических отношений, когда мы только начинали, когда мы могли застолбить это хорошее отношение. Но мы его потеряли.

Была такая история — банк «Павелецкий», который тогда заигрался деньгами клиентов, и не выполнил обязательства по одной из сделок. В этот же день по телефону все друг друга предупредили: с банком «Павелецкий» не работаем, все за один день узнали, что с ним работать нельзя — обманывает.

Но, к сожалению, как только начались безобразия наверху, все сразу поняли — если наверху законы не соблюдаются, то чего я должен пыжиться, чтобы их соблюдать? И покатилось все это дело под крутую горку. Хотя момент был, когда значение честного слова в бизнесе начало возрождаться.

«СП»: — А тогда на что рассчитывают с публикациями «черного пиара», если репутация в бизнесе у нас ничего не значит? Ну, напишут, что условный бизнесмен Иванов-Сидоров обманщик и жулик, но большинство покупателей его товара на деле даже не знают, кто хозяин. Или расчет на то, что после публикации компромата к этому Иванову-Сидорову «придут»?

— Да, «придут», но с каким вопросом-то? Сколько ты готов «откатить»?

Вы знаете, это началось как раз в те времена. Я сам столкнулся с подобной ситуацией, когда мы в банке очень выгодно продали одни облигации, в 1998-й кризисный год, совершили очень выгодную сделку, и меня после этого потащили на допрос в налоговую полицию.

Тогда еще была не инспекция налоговая, а полиция. Они меня продержали на допросе часов восемь, пытались выяснить, как мне удалось так выгодно продать бумаги. А просто тогда в кризис многие компании испытывали трудности и иногда «сбрасывали» бумаги, мне удалось поймать этот момент.

Под конец допроса следователь мне сказал: «Вы поймите, у нас нет цели вас посадить за решетку, у нас цель выяснить, сколько вы взяли сверху: пятьдесят процентов — наши». Вот это еще тогда началось, тогда эта гниль пошла.

Он меня нагнал в коридоре, дал визитку и сказал: «Если у вас будет еще наклевываться хорошая сделка, позвоните мне — мы поспособствуем, поднаддавим, чтобы сделочка получилась, но 50% наши». Правда, если помните, эту налоговую полицию очень быстро разогнали, поскольку слишком уж откровенно получалось это «поспособствовать».

«СП»: — И все-таки 85% российских бизнесменов считают, что можно строить бизнес честно, хотят «надеть белое пальто», спать спокойно…

— В цивилизованных странах эта цифра еще выше, там близко к 100% бизнесменов предпочитают выстраивать честные отношения. То, что у нас… Понимаете, для того, чтобы заниматься у нас бизнесом, как я уже сказал, нужно иметь стальные нервы, быть непроходимым оптимистом. Если нет настроя на успех, бизнес не пойдет. Ну и, с учетом наших реалий, надо быть готовым обмануть или оказаться обманутым.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх