БАЗА 211- ВОЕННАЯ ИСТОРИЯ

73 330 подписчиков

Свежие комментарии

  • Анатолий Дычко
    <i>Комментарий скрыт</i>Разбрасываете игр...
  • Валера казанцев
    Значит сейчас они ( эмигранты ) возвращаются из дурдома, а когда уезжали из России ,что говорили, сто пудов визжали ..."Мы возвращаемся ...
  • Борис Баженов
    А, что, для Вас "собода" - это "как в Германии", и всё?!!! Вы спросите, как "свободен" человек в России тех, кто полу..."Мы возвращаемся ...

Желтороссия (4)

Полковник Павел Петрович Папенгут (взято из открытых источников)
Полковник Павел Петрович Папенгут (взято из открытых источников)

Знаете ли вы, что при благоприятном стечении обстоятельств Россия могла граничить с Индией? Что белые и красные плечом к плечу воевали против общего врага? Что погоны в Красной Армии были задолго до их официального введения в 1943-м? Об этом и многом другом читайте в историческом повествовании с продолжением «Желтороссия».

Из огня да в полымя

Столица Синьцзяна Урумчи (в переводе с древнемонгольского «прекрасное пастбище») напоминала русский провинциальный город: всюду русская речь, вывески на русском языке, русские магазины, рестораны, школы. Численность русских в Синьцзяне в 30-х годах прошлого века превышала 50 000 человек.

Местное население — уйгуры, дунганы, сарты, казахи — относились к эмигрантам лояльно, скорее дружелюбно, даже учили русский язык, чтобы общаться на бытовом уровне с переселенцами. Многие с теплотой вспоминали русское управление краем, длившееся тут на протяжении десятилетия. Чего не скажешь об отношении местных к китайцам, которых считали оккупантами. Русские же, мирно хозяйствовавшие в Восточном Туркестане, жили по принципу: «не тронь нас, и мы не тронем». Но сохранив боевые порядки, взялись за оружие, как только восставшие исламисты стали притеснять их наряду с ненавистными китайцами и другими «неверными».

В конце 1920-х — начале 1930-х годов в Синьцзяне также нашли прибежище басмачи и казахские крестьяне, бежавшие из страны Советов от голодомора «Ашаршилык», вызванного коллективизацией, и геноцида казахов, проводимой с октября 1924 года первым секретарем Казахского крайкома РКП(б) Филиппом Исаевичем Голощёкиным (наст. имя Шая Ицович-Исакович, 1876 г.р., по утверждению арестованного наркома госбезопасности Николая Ивановича Ежова от 24 апреля 1939 года, являлся, как и заявитель, активным гомосексуалистом, арестован
15 октября 1939 года, расстрелян 27 октября 1941). Массовые репрессии и проведенная осенью 1928 года конфискация у казахов крупного рогатого скота, которого ввиду отсутствия условий содержания приходилось забивать на месте, сделали жертвами геноцида 4 млн человек или 60% коренного населения (Согласно официальным данным переписей населения СССР при росте рождаемости и населения в стране с 1926-го по 1939 год численность казахов сократилось на 867 340 человек — 
прим. авт.). Поэтому убежавшие казахи поддерживали противоборствующую сторону.

К тому времени наиболее сильной белогвардейской организацией в Синьцзяне был «Офицерский союз» полковника Павла Петровича Паппенгута*. Другую офицерскую группу возглавлял полковник Моргунов. Они и послужили костяком русских формирований в китайской армии Синьцзяна.

Первый конный отряд в 180 сабель под командованием сотника Франка был набран в Урумчи. На службу также была взята бывшая артиллерийская батарея под командованием полковника Кузнецова.

Ситуация в Синьцзяне ухудшилась после убийства 7 июля просоветски настроенного дубаня Ян Цзенсиня (1859—1928) на обеде, посвященному выпуску учеников русской школы, и захвата власти его заместителем, министром внутренних дел местного правительства Цзинь Шужэнем (1879—1941, губернатор 1928—1933). И дошла до крайности в 1930 году, когда в Кумуле (ныне — Хами) на востоке Синьцзяна, скончался местный князь или хан, или по-местному ван, и «властитель Гоби» Шах Мехсут (Махмуд-шах), владевший практически всей тамошней землей. Наследник вана Назир и его первый министр, начальник охраны Йолбарс-хан (Юлбарс-хан), явившиеся за формальным утверждением в Урумчи, были задержаны охраной дубаня. До марта 1930 года Кумуль был столицей автономного Кумульского ханства, но после смерти правителя и ареста наследника Цзинь Шужэнь ханство упразднил, удвоил сельхозналог на тамошних уйгуров, конфисковал их поля, отдавая их ханьцам (китайцам), беженцам с Ганьсу, и субсидируя их. А уйгуров выселял на неплодородные земли на окраине пустыни.

Последней каплей, переполнившей чашу терпения местного населения, стало изнасилование уйгурки китайским офицером в городе Сяобао.
По показаниям самого офицера, у молодых вспыхнули чувства, однако замужество мусульманки с «неверным» рассматривалось местными как личное оскорбление. Восстание началось 20 февраля 1931 года резней то ли на его свадьбе, то ли на базаре, когда были убиты 30 солдат и 120 ханьцев из Ганьсу. Уйгуры ринулись поджечь здание уездной администрации, убивая по пути всех встречных китайцев. Захватив оружие в разгромленном полицейском участке Сяобао, повстанцы двинулись на Кумуль с целью его захвата. Уйгуров поддержали монголы, киргизы, узбеки и дунганы. В Илийском округе восстали и местные казахи. На севере Синьцзяна восстание поддержали монголы молодого князя Махавана (Магвана) и алтайские казахи во главе с Шариф-ханом. Одновременно с этим в районе города Баркуля организовалась группа казахских повстанцев, которым удалось захватить тамошний арсенал. Очень скоро во главе восстания встали бывшие приближенные умершего хана: управляющий хозяйством Кумульского ханства Ходжа Нияз хаджим и Йолбарс-хан. Они-то и пригласили на помощь из Ганьсу генерала-дунганина Ма Чжунина (1910 — после 1936; в различных документах и текстах на русском языке встречается несколько написаний фамилии, также: Ма Джунин, Ма Чжунъин, Ма-Джу-Нин, Ма-Цзу-ин, Ма Дзуин и другие), который командовал 36-й кавалерийской дивизией Национально-революционной армии (она же 36-я дивизия Гоминьдана или 36-я Дунганская дивизия). Дивизия была сформирована в 1932 году из дунган, которые занимали все офицерские должности, и уйгуров, которые набирались по призыву. Молодому командующему покровительствовал Чан Кайши, который, будучи директором Академии Вампу в Нанкине (Наньцзине) в 1929 году, выделял амбициозного и целеустремленного будущего полководца. Заместителем командира дивизии был Ма Хушань, 1-й бригадой командовал Ма Жулун, 2-й —
Ма Шэнгуй. Подбором кадров занимался бывший офицер Османской империи Камаль Кайя Эфенди.

Генерал объявил внутри Синьцзяна джихад. Хотя мятежники убивали не только «неверных», но и друг друга, им удалось захватить 90% территории Синьцзяна. Парадоксально, но все воюющие стороны заявляли о своей лояльности режиму Чан Кайши.

***
В 1932 году уйгурское население под руководством братьев Богра и Сабита Дамуллы подняло восстание в Хотане. Свергнув там китайскую власть, повстанцы создали Хотанский эмират.
________
*Полковник Павел Петрович Папенгут (1894 — декабрь 1933) — из обрусевших немцев, православный, потомственный дворянин Смоленской губернии. Коренной туркестанец, сын действительного статского советника, помощника военного губернатора Самаркандской области Петра Оскаровича Папенгута. Окончил Ташкентский Наследника цесаревича кадетский корпус, Михайловское артиллеристское училище по 1 разряду в 1914 году. В Первую мировую войну служил в полевой легкой артиллерии. В 1918 году — поручик. В Гражданскую войну воевал на стороне Белой армии. Штабс-капитан с июля 1919-го, капитан с осени 1920-го, подполковник с ноября 1921-го, затем — полковник. Член Туркестанской военной организации. В некоторых публикациях его ошибочно называют офицером царского Генерального штаба, но Академию Генерального штаба он не заканчивал. Командирован с письмом к А.И. Дутову, у которого остался и стал одним из ближайших сподвижников атамана. Начальник штаба отряда. После поражения вместе со всеми ушёл на китайскую территорию в Синьцзян. После убийства атамана Дутова создал и возглавил в Синьцзяне «Офицерский союз».

Продолжение следует.

Ссылка на первоисточник

Картина дня

наверх