БАЗА 211- ВОЕННАЯ ИСТОРИЯ

73 214 подписчиков

Свежие комментарии

  • Stepan Miksuk
    А вам то какое дело до Президента Беларуси? Это НАШ Президент!!! А автор молодец, а вам нечем крыть и переходите, как...О ковиде и не тол...
  • Анна Фоломешина
    Извернулся-молодецПочему в России т...
  • Юрий Андрюшко
    Ну Вы ж на себе какие-то "жирные точки" ставите в гордом одиночестве... Вам бы лучше побеспокоится ментальным здоровь...О ковиде и не тол...

"Люди без чести, алчные к добыче": туркмены в XIX веке по оценкам русских офицеров.

 

 
"Люди без чести, алчные к добыче": туркмены в XIX веке по оценкам русских офицеров.
Нападают внезапно (Верещагин, Туркестанская серия).

Общая информация.

Вооруженные столкновения с Хивой начались уже в XVII веке, однако, практически все они были неудачны для России: партии казаков, ходившие в это ханство, как правило, одерживая успехи на первых порах, потом уничтожались внезапными атаками хивинцев. Не чурались они и хитрости - именно так был уничтожен отряд Бековича-Черкасского: не справившись с русскими в бою, хивинцы заключили притворное соглашение и, сумев разделить отряд, уничтожили его по частям. Серьезно Хивой занялись уже в XIX веке и в 1873 году хивинский хан признал протектора России над Хивой.

Тактика и вооружение.

"Главное занятие как оседлых, так равно и кочевников - хищнические набеги. Туркмен всегда готов по первому приглашению взяться за оружие и сесть на коня, чтобы принять участие в набеге, кажущемся ему выгодным... Нападают всегда или в полночь, если идут в населенное место, или с восходом солнца, когда нападают на караван или неприятельское войско. Туркмены бросаются на свою добычу неожиданно, отдельными отрядами и разом с нескольких сторон; замечателен тот обычай, что туркмены не решаются нападать на одного неприятеля три раза сряду: они держатся в этом случае своей пословицы: "два раза пытайся, а на третий ворочайся!

" (Желябужский Е. Очерки и завоевание Хивы)".

"Хивницы не имеют постоянного войска, оно в случае войны образуется из узбеков и туркмен, исключительно составляющих сословие военных людей; они по ведению хана обязаны, немедленно вооружась, составить конные толпы и следовать, куда сказано будет. В сбродном воинстве сем никакой нет ни подчиненности, ни устройства, ни начальства. Храбрейшие из них, отличившиеся в набегах, разбоях или иных военных делах, составляют телохранителей хана и окружают его особу, из которых часто по усмотрению своему, отряжает отважнейших для какого-нибудь предприятия, тогда охотники из узбеков и туркменов, составляющих остальное воинство, отделяются от толпы и, в надежде получить богатую добычу, присоединяются к посланному наезднику; составя таким образом особенный отряд, называют его Сардарем и следуют всюду за сим предводителем, не имеющим, впрочем, над ними никакой власти. Когда толпищи сии встречаются с неприятелем, тогда отличнейшие из наездников мгновенно с ужасным криком отделяются и мечутся на противников, остальные же действуют как позволяют каждому дух и храбрость его, и если первые отважнейшие поразили подобных себе противников, тогда и жребий сражения решается; начальствующие тотчас обращаются в бегство, победители же без отдыха преследуя их, без пощады придают смерти обороняющихся, а обезоруженных берут в неволю; таким образом производятся обыкновенно столь восхваляемые азиатцами в разных песнопениях побоища; предметы похвалы их суть люди без чести, мгновенной храбрости, алчные к добыче, и коих тысячи бегут от нескольких сотен устроенного войска" (Муравьев Н. Путешествие в Туркмению и Хиву в 1819 и 1820 годах, гвардейского Генерального Штаба капитана Николая Муравьева, посланного в сии страны для переговоров). В поход хан мог собрать не более 12.000 всадников, каждый из которых брал с собой продовольствие и необходимое снаряжения, которое грузилось на верблюда, за которым следил невольник. "Легко себе представить огромность сего вьючного хивинского обоза, и число служителей и невольников, которые необходимо должны были ему сопутствовать" (Н. Муравьев). Из-за отсутствия организации, дисциплины и нормального снабжения походы хивинцев не длились более полутора месяцев, к исходу этого срока войско, как правило, "расходится по произволу" (Н. Муравьев).

 
"Люди без чести, алчные к добыче": туркмены в XIX веке по оценкам русских офицеров.
Высматривают (Верещагин, Туркестанская серия).

Основным вооружением были сабли и пики. Однако они имели и фитильные ружья, стрелявшие с подставок. Как писал Н. Муравьев "потому они употребляются только в засадах; приклады их довольно длинны; на оные навивается фитиль, которого конец схвачен железными щипчиками приделанными к прикладу; сии щипчики прикладывают к полке посредством железного прута проведенного к правой руке стрелка; к концу ствола к ложе приделаны присошки в виде двух больших рогов" (Муравьев). Впрочем, как отмечал И. Захарьин, "попадали иногда далеко и метко" (Захарьин И. Зимний поход в Хиву Перовского в 1839 году). Он описывал эпизод, когда залпом из четырех ружей были убит один казак и ранены двое других - хивинцы стреляли ночью в силуэты людей, сидевших у костра. Оценивая боеспособность хивинских войск весьма низко, Н. Муравьев, однако, отмечал: "Европейская конница не должна, однакоже, помышлять о перестрелке по одиночке с сими всадниками, у коих наездничество считается главною и почти единственною военною доблестью. Наши лошади, испорченные выездкой манежа, не могут сравниться проворством с лошадьми туркменскими; наш всадник, связанный неловкой одеждой и тяжелой амуницией, не в состоянии следовать за движениями проворного и легкого туркмена. Правильная и сильная атака конницы нашей без сомнения рассеет в миг толпу конницы азиатской, но в погоне никогда ее не настигнет" (Н. Муравьев).

Хивинцы в бою.

Тактика ведения боевых действий отлично описана у И. Захарьина в "Зимнем походе в Хиву Перовского в 1839 году". Попав в метель, русский отряд в 250 человек остановился биваком в первом попавшемся месте, не выставив постов, не заняв расположенной рядом возвышенности, ружья у пехотинцев были "затюкованы в возах" и не заряжены, у казаков - находились в чехлах. Как только все разместились и "прикорнули", из-за возвышенности "выскакала громадная конная партия хивинцев и с диким гиканьем и криками "алла" бросились на отряд. Передние всадники были вооружены пиками, остальные шашками и лишь у очень немногих виднелись за спинами длинные карабины, из которых хивинцы стреляю не иначе, как установив их на особые подставки. К великому счастью атакованных... на самом краю бивуака, обращенного к пригорку, находился ротный барабанщик, который, увидев несущихся туркмен, живо выхватил свои палки и ударил тревогу. Эта находчивость нерастерявшегося молодца-барабанщика и спасла маленький отряд от неминуемой гибели и смерти: едва только лошади хивинцев подскакивали к отряду, как, заслышав тревогу неведомого им дотоле инструмента, быстро, на всем скаку, сворачивали в бок или взвивались от страха на дыбы, сбрасывая всадников. Все это произошло быстро, в какие-то три минуты. А тем временем казаки опомнились, выхватили из чахлов ружья и дали залп, а пехоты достала их из тюков и стала заряжать. Хивинцы круто повернули своих лихих коней и понеслись назад, отбив, однако, от отряда 30 верблюдов, шедших с запасами и продовольствием, которые были немного в стороне". Остановившись на расстоянии двух ружейных выстрелов от отряда, хивинцы начали делить добычу и потом сели есть. Отряд тем временем, готовился к обороне - перестроились в каре, а из поклажи сделали брустверы. Насытившись, хивинцы стали "гораздо бодрее и воинственнее" и вновь собрались "в одну большую партию и с криками "алла" бросились на отряд, рассчитывая, очевидно, растоптать его своею массою. Но вышло иначе: хивинцев подпустили на ружейный выстрел и дали по ним один залп, потом другой. Ружья клались на тюки, стреляли почти наверняка в громадную плотную массу в две почти тысячи коней и всадников". Хивинцы, потеряв нескольких человек, развернулись и умчались за бугор. Посовещавшись, они разделились на две партии и атаковали отряд с двух сторон сразу. "Но и тут хивинцы ошиблись в своих расчетах: каре защищалось со всех четырех сторон, а солдаты и казаки стреляли очень метко, укладывая ружья по-прежнему на тюки и кули с продовольствием". В этой атаке хивинцы потеряли около 30 человек и гораздо больше лошадей. Умчавшись вновь за бугор и посовещавшись, половина отряда спешилась и пошла в новую атаку, ведя перед собой захваченных ранее верблюдов, а из оставшегося отряда выделилась группа в 200 всадников с пиками, рассчитывая, очевидно, преследовать бегущих. Подпустив атакующих на 200 шагов русские открыли "убийственный батальный огонь всем отрядом, так что стреляли даже офицеры". Залпами были убиты почти все верблюды, и хивинцы оказались пешими и очень близко от русских. "Раздался залп, и хивинцы дрогнули и побежали, а так как они бежали плотною тысячною толпою, в беспорядочно-сомкнутом строю, то посылаемые им вдогонку пули производили порядочное опустошение. С громкими воплями понеслась, наконец, эта куча людей, насколько можно было быстро, стараясь убежать из-под выстрелов и укрыться за пригорком". В бою русский отряд потерял 5 человек убитыми и 13 ранеными. Хивинцы своих убитых и раненых забрали (И. Захарьин).

 
"Люди без чести, алчные к добыче": туркмены в XIX веке по оценкам русских офицеров.
После неудачи (Верещагин, Туркестанская серия).

 

Ссылка на первоисточник

Картина дня

))}
Loading...
наверх