Игорь Сипкин предлагает Вам запомнить сайт «БАЗА 211- ВОЕННАЯ ИСТОРИЯ»
Вы хотите запомнить сайт «БАЗА 211- ВОЕННАЯ ИСТОРИЯ»?
Да Нет
×
Прогноз погоды

ПОЛИТИКА ПРИНАДЛЕЖИТ ПАРТИЯМ, ОТЕЧЕСТВО – АРМИИ.

К 101-ой годовщине великой красной утопии

развернуть

Вначале лидеры партии большевиков называли октябрьскую революцию 1917 года просто «переворотом». Об этом пишет Николай Суханов в своих «Записках о революции», признанных историками фундаментальным трудом о русской революции.
Потом, вплоть до конца этого великого переворота (в 1991 году), он официально именовался Великой Октябрьской социалистической революцией, первым этапом на пути к коммунистическому обществу, свободному от эксплуатации человека царству свободы, реальному городу Солнца Кампанеллы. И действительно, она воспринималась таковой революцией в обществе.


К 101-ой годовщине великой красной утопии

Учение Карла Маркса о коммунизме и мировом интернационале действительно победило в России, и партия большевиков во главе со своими лидерами добилась больших успехов в преобразовании страны и мира на социалистических принципах. Однако в действительности в Россию пришла утопия, но великая, и мировой замах её красного проекта ослепил целые поколения. Только много позже многие поняли, что знаменитая формула Ленина: «Учение Маркса всесильно, потому что оно верно!», неверна.

«Коммунистом можно стать лишь тогда, когда обогатишь свою память знанием всех богатств, которые выработало человечество». Кто бы спорил о величии этого постулата Ленина, но возможно ли это для смертного человека, и что считать богатствами человечества? Утопия ведь! Но, может быть, Ленин сознательно доводит её здесь до абсурда?

Очень скоро партийная советская номенклатура стала в «царстве свободы» новым господствующим классом, и, по народной мудрости, после периода бури и натиска старых большевиков, выяснилось, что новые баре из бывших холопов оказались хуже старых, и пошли похороны генсеков ЦК КПСС одного за другим. И пришёл генсек Михаил Горбачёв-Термидор, и сдал красный проект за «общечеловеческие ценности» Западу.

Однако красному проекту в России удалось осуществить многое великие дела: от победы в войне с гитлеровским нацизмом до покорения космоса. Ему искренно помогали западные интернационалисты и интеллектуалы и внесли свою лепту в преодоление научно-технического отставания советской России. Вот только капиталисты на Западе не теряли голову от сверхприбылей, как уверял Маркс, а построили массовое общество потребления, ставшее предметом зависти советской номенклатуры. И коммунисты в СССР захотели жить как капиталисты на Западе. Люди оказались всё-таки людьми, а не «суммой потребностей» по Марксу. Капиталисты при всех своих богатствах и коммунисты в СССР отдавали себе отчёт, что все смертны, и в загробный мир все придут в чём мать родила.

Поразительно, но обыкновенные, повседневные вещи, окружавшие рядового строителя коммунизма в быту, даются утопии хуже всего. И «быт заел», можно сказать, великую социальную утопию. Кстати, эта болезнь проявилась уже в Великой Французской революции, прообразе русской. Победа «свободы, равенства, братства» увенчалась во Франции культом разума, якобинцы торжественно сажали по стране «деревья свободы». Но эти деревья не приносили плодов, и пришёл термидорианский переворот. Русские марксисты в начале ХХ века были уверены, что город Солнца Кампанеллы можно построить на научном марксовом фундаменте. Но Маркс ошибался. Не хлебом единым жив человек и не суммой потребностей.

Особняком стоит в красном проекте Сталин: он не был утопистом, он был реалистом и прагматиком, на деле он отринул все марксовы догмы и строил страну как понимал, чтобы «успеть за 10 лет, иначе сомнут». И действительно, за 10 лет Сталин успел создать материальный фундамент для победы в Великой Отечественной войне с Гитлером. Удивительно, но Сталину хватило церковной семинарии за плечами, чтобы разобраться с утопизмом в марксизме, и, славя Маркса и Ленина, он вернул всю царскую историю, в армию — Суворова, Кутузова и офицерские погоны, в культуру — Пушкина. И красная утопия зажила более или менее нормальной жизнью.

Правда, перед этим сам Ленин в 20-х годах нэпом пошатнул её фундаментальные основы. Возможно, Ленин понял тогда ущербность марксовой доктрины, но сказать об этом победившей партии пролетариата было нельзя, да большинство ничего бы и не поняло. Ленин оставил в наследство победившему пролетариату эвфемизм: «Учиться, учиться и ещё раз учиться…» Между прочим, этот ленинский завет, после сталинской реставрации «старой культуры» действительно исполнявшийся по возможности, спас Россию после крушения в 1991 году: бывшим советским руководителям и спецслужбам хватило ума выбраться из катастрофы СССР.

После смерти Сталина советское руководство во главе с Н.С. Хрущёвым вернуло страну к истокам марксизма-ленинизма, то есть к строительству марксовой утопии, причём в мировом масштабе. Вряд ли оно понимало, что делало. Хрущёв обещал показать миру последнего попа и коммунизм к 1980 году; всё произошло с точностью до наоборот. К этой дате стал исчезать коммунизм в головах советских людей, вошло в моду празднование Пасхи. И началась горбачёвская перестройка красного проекта в демократию.

В 30-х годах Сталину удалось репрессиями подавить троцкистскую утопическую «перманентную» составляющую красного проекта. Напомним, уже после высылки Льва Троцкого из Советской России (в 1929 году), в 1934 году Сталин впервые лично вводит в оборот понятие «советский патриотизм» вместо «отечества мировой революции», и в этом же году вводится уголовное наказание за мужеложство, закон против гомосексуалистов. Это были связанные вещи, сейчас это очевидно. С возвращением к основам марксизма-ленинизма, несмотря на поношение Сталина, троцкизм в России не был реабилитирован, к нашему счастью.

Однако троцкизм возродился в Америке в конце ХХ века в виде идеи «мировой демократии», теперь в Америке появляется доктрина «города Солнца» в виде «града, сияющего на холме». Америка как бы подхватила эстафету красной утопии, но стала осуществлять её троцкистский демократический вариант в глобальном масштабе, создав аналог КПСС в виде надпартийной группы «демократов-неоконов», причём с непременной защитой прав сексуальных меньшинств, говоря большевистским языком, с гомосексуальным уклоном. О троцкистских истоках американской глобальной демократии написаны горы трудов, да она и сама не скрывает эти свои истоки. Обама, Байден, Клинтон и Маккейн явно претендуют на роль основоположников американского неотроцкизма.

Но почему глобалистская американская демократия настаивает на своём гомосексуальном уклоне? В общем, её столпы повторяют троцкистские попытки формирования нового «мирового человека» методами психоанализа Фрейда, большим поклонником которого был Троцкий.

Чтобы получить нового глобального человека для «мировой демократии», нужно подавить традиционную культуру, а этого можно достичь путём «сексуального раскрепощения» народа по методикам доктора Фрейда. Традиционная культура регулирует ведь в первую очередь сексуальную жизнь общества. В 20-х годах по советской России прокатилась сексуальная революция, голые комсомольцы с плакатами «Долой стыд!» маршировали даже в провинции, о чём наши историки стыдятся говорить. Их теоретически прикрывал Троцкий методами психоанализа Фрейда, но Сталин положил этому психоанализу решительный конец, объявив уголовно наказуемым мужеложством.

Удивительно, но с демократическим глобалистским вариантом красной утопии борется сегодня в Америке президент Дональд Трамп, претендуя этим на историческую роль американского Сталина. Ведь что говорит Трамп? «Мы отвергаем идеологию глобализма и принимаем идеологию патриотизма». Как Сталин в 1934 году!

Многие эксперты отмечают схожую авантюрную, какую-то площадную риторику и похожие политические акции бандеровской майданной власти и американских демократических её покровителей, спорят, кто у кого заимствует. Это просто идейные родственники: на Украине в 2014 году тоже воцарилась утопия, только националистическая, коричневая, с гитлеровскими утопическими корнями. Поэтому она обречена на одиночество, и поэтому вообще обречена.

Более или менее хорошо у бандеровских нацистов получается только бороться с Россией, но это до времени. А вот наладить простую жизнь страны на утопических принципах национализма не получается, всё тонет в фальшивой пропаганде и ритуальных вышиванках. Бандеровская утопия выживает сегодня как военный плацдарм Запада против России, но её уродливые формы убивают страну, молодёжь бежит по миру в поисках работы и просто нормальной жизни.

Три великие утопии посетили ХХ век: коммунистическая — интернациональная, глобалистская демократическая и националистическая, и переходят в век XXI. Их сила и слабость взаимосвязаны. Сила её первых фанатиков сменяется усталостью и апатией преемников. Утопизм — это очень скучная история, в итоге утопия убивает всё живое вокруг себя. И в конце концов обязательно приходит Термидор…
Автор:
Виктор Каменев
Использованы фотографии:
depositphotos.com

Источник →

Ключевые слова: россия
Опубликовал Игорь Сипкин , 08.11.2018 в 15:59
Статистика 1
Показы: 1 Охват: 0 Прочтений: 0

Комментарии

Показать предыдущие комментарии (показано %s из %s)
Показать новые комментарии
Комментарии Facebook

О сайте

Присоединиться к сайту нажатием кнопки

новые читатели

70809 пользователям нравится сайт bazaistoria.ru

Поиск по блогу

Последние комментарии

Александр Турчин
Петр
Петр
АНАТОЛИЙ ДЕНИСОВ
Георгий Разумов
Александр Фоменко
Скиф Туран
Анатолий Климов
Виктор Плешков
Александр Трофимов
Владимир Федорович
Анатолий Климов
Скиф Туран
Дмитрий Сударушкин
лидия кошель
Владимир Лобанов
вот тебе раз нормально этож себе
Владимир Лобанов Депутат заявил, что чиновники заслуживают дорогие автомобили
Сергей Галунин
Globo Globolist
иван головнев
Globo Globolist
Алтай здесь каким боком? Лишь бы ляпнуть что-нибудь?
Globo Globolist Национальный вопрос в России: Чему нас учит Якутия?